Афины год основания города

Афины год основания города

Разделенный город. Забвение в памяти Афин

В 403 году до н. э. завершился непродолжительный, но кровавый период истории Древних Афин: войско изгнанников-демократов положило конец правлению «тридцати тиранов». Победители могли насладиться местью, но вместо этого афинские граждане — вероятно, впервые в истории — пришли к решению об амнистии. Враждующие стороны поклялись «не припоминать злосчастья прошлого» — забыть о гражданской войне (stásis) и связанных с ней бесчинствах. Но можно ли окончательно стереть stásis из памяти и перевернуть страницу? Что, если сознательный акт политического забвения запускает процесс, аналогичный фрейдовскому вытеснению? Николь Лоро скрупулезно изучает следы этого процесса, привлекая широкий арсенал античных источников и современный аналитический инструментарий. Ее Афины живут, воюют, скорбят, но самое главное — продолжают хранить память о событиях прошлого, которые граждане договорились забыть. Николь Лоро (1943–2003) — исследовательница истории и антропологии Древней Греции, профессор Высшей школы социальных наук в Париже.

Предлагаем прочитать фрагмент книги.

Следы убийства

Забвение одного убийства будет моим вторым примером. В 462 году Эфиальт, глава демократической партии — имевший репутацию неподкупного, из-за которой его считают «неким Робеспьером avant la lettre»[1], — атакует аристократический трибунал Ареопага, отнимая у него какое-либо право контролировать политическую жизнь города[2]. Через некоторое время его убивают… и он почти полностью исчезает из памяти афинян.

(Чтобы соблюсти точность, лучше сказать: исчезает из памяти афинского демоса, потому что сами олигархи, судя по всему, ничего не забыли о его деянии, если довериться сведениям от Аристотеля о начале правления Тридцати — одним из первых действий которых в 404 году будет, к величайшему удовлетворению знати, «низвержение» с Ареопага законов Эфиальта, касавшихся ареопагитов[3].)

Это стирание тем более поразительно, что именно от деяния Эфиальта можно отсчитывать — у меня самой на этот счет нет никаких сомнений — год первый афинской демократии в том виде, в каком мы привыкли считать ее образцовой[4]. Потому что для демократии, чьим «первоизобретателем», по словам самого Геродота[5], был Клисфен, Эфиальт стал первым, кто обеспечил ее эффективными средствами для развертывания: и разве не ему традиция всё еще приписывала то, что он «спустил закон»[6], — тем самым секуляризируя его существование и облегчая обращение к нему, — когда в высшей степени символическом жесте[7] перенес почитаемые доски с законами Солона со священного холма Акрополя в политическое méson, каким и является Агора?

Клисфен, Эфиальт — два основателя демократии, два (почти) «забытых» в памяти афинского демоса, который тем не менее торжественно похоронил обоих на публичном кладбище в Керамике[8]. В самом деле, если уже о Клисфене можно утверждать, что «из всех великих персонажей афинской истории он, несомненно, является наименее упоминаемым»[9], то стирание Эфиальта может оказаться еще более полным; дело в том, что, даже обобщив всю информацию на его счет, доставшуюся нам от греческих историков и других греческих авторов[10], мы не знаем ни кем он был, ни какова была его жизнь, ни каковы были точные обстоятельства его смерти. Да, мы знаем имя его отца — его звали Софонид, — но, несмотря на это, мы не можем наделить его хоть сколько-нибудь значимой генеалогией; что касается его положения как политического деятеля, ситуация едва ли обстоит лучше: да, считается, что он служил помощником Фемистокла и наставником Перикла, но эта невыгодная промежуточная позиция обернулась для Эфиальта погружением в тень двух великих мужей афинской истории, которым Плутарх посвятит по биографии — тогда как никакой Жизни не достанется тому, кого древние источники связывают только — и точечно — с одним лишь моментом реформы, носящей его имя (о которой, впрочем, сообщают лишь несколько очень скупых фраз), и с его насильственной смертью. Но и сама эта смерть окружена молчанием, и, начиная с Аристотеля, дающего нам единственные сведения, которыми мы действительно располагаем (имя убийцы и то, что это было «коварное убийство» — другими словами, из засады), вплоть до Диодора, согласно которому он просто «погиб одной ночью»[11], можно проследить работу весьма примечательного процесса прогрессирующего стирания убийства.

Несомненно, убийство (phónos) диссонирует с процессом эволюции, которая — как принято считать к почти всеобщему удовлетворению древних и современных исследователей — неудержимо ведет афинский город к его демократическому télos. Поэтому нет никакой необходимости пускаться в изобретение невероятных сценариев, чтобы объяснить «исчезновение» Эфиальта, — и мы сразу отбросим как фантастические все построения, которые на манер самой древней политической истории пытаются примирить между собой противоречащие античные источники, придумывая убийство, заказанное Периклом из зависти к ореолу «народного вождя» и совершенное подручными головорезами олигархической партии согласно тайной договоренности между амбициозными демократами и их противниками, с радостью готовыми оказать тем услугу, чтобы самим избавиться от самого непримиримого противника[12]. Что касается меня, то я связываю забвение этого phónos с совсем иной логикой: поскольку по отношению ко всем этим великим мужам — от тираноборцев и Клисфена вплоть до Эфиальта — стратегия афинского города в делах памяти демонстрирует весьма впечатляющую последовательность, я могу выдвинуть гипотезу, что для демократии, сталкивающейся со своей собственной историей и озабоченной тем, как рассказать ее в виде гармоничного развития, идеальной представлялась бы возможность вообще сомневаться в том, что Эфиальт был жертвой убийства. А если это не удается, то, по крайней мере, можно будет работать над уплотнением забвения.

Разумеется, в начале этой цепи забвений стоит олигарх, защищающий своих, — Антифон из Рамнуса, который во всеуслышание объявляет, что убийцы так и не были установлены, — а на другом ее конце Диодор вынесет убийство за скобки; и в промежутке между ними мы должны реконструировать операцию, при помощи которой Афины вымарывают из истории демократии любые акты stásis. Эфиальт, противоставший Ареопагу, опасным образом напоминает мятежника[13], и именно как мятежник он убит своими противниками: поскольку здесь налицо все элементы ситуации stásis, необходимо любой ценой стереть конфликт, даже за счет отказа признавать, что этот «мятежник» был самым последовательным из демократов. Таким образом, забывая убийство, демократия — столь озабоченная тем, чтобы для города слиться с природой, столь жаждущая обрести свое основание в автохтонности происхождения[14], — думает избежать всех тех напряженных моментов, из которых и состоит история городов.

Как известно, в греческих источниках существует и другая версия этого стирания Эфиальта — на первый взгляд смягченная, но на деле гораздо более радикальная, поскольку, не скрывая убийство, она оспаривает у этого политического деятеля само отцовство реформы, носящей его имя. Мы находим ее у Плутарха в «Жизни Перикла» (как мы уже видели, Эфиальта традиция не наделяет никакой Жизнью). Здесь уже сам Перикл ведет игру, и именно он отнимает у Ареопага бόльшую часть его юрисдикции «с помощью Эфиальта». Di’ Ephiáltou[15]: Эфиальт всего лишь актер, ни в коем случае не режиссер, он — лишь десница действия, чьим мозгом является Перикл. Затем происходит убийство Эфиальта олигархами; точнее, согласно Плутарху, его враги составляют заговор и тайно убивают руками Аристодика из Танагры[16]. Всё как будто встает на свои места: Эфиальт является руками демократического действия и умирает от рук, нанятых олигархами. В этой истории будут одни лишь исполнители. Читатель может провести эту параллель, но только если он не придает ей слишком большого веса — достаточно, чтобы уступить навязываемой симметрии, но не настолько, чтобы упустить явное противоречие: если у Эфиальта действительно была лишь второстепенная роль, то почему Плутарх специально уточняет, что олигархи его особенно боялись, поскольку он был «неумолим при сдаче отчетов и при преследовании судом преступников»[17]? Именно здесь, в слишком уж бросающейся в глаза симметрии di’ Ephiáltou di’ Aristodíkou[18], я, будучи упрямой читательницей, вижу следы процесса, очень похожего на тот, что реконструируется Фрейдом в «Человеке Моисее», благодаря которому «при искажении текста дело обстоит так же, как при убийстве. Трудность состоит не в совершении действия, а в устранении следов»[19].

В самом деле, в нарративе Плутарха явно оказалось одно лишнее diá — как след, который невозможно замести. Первого diá должно было бы хватить в качестве оператора того, что я назову второй смертью Эфиальта, выбрасывающей его в полуанонимность позиции подчиненного. Но второе diá перегружает текст — хотя оно-то говорит правду — по следующей причине: раскрывая страх олигархов перед столь же признанным, сколь деятельным демократом, от которого невозможно было избавиться в открытую, это уточнение задним числом делает недействительным предыдущее. Второе diá надвигается на первое и обнажает его манипуляции. Но, собственно говоря, кто же тогда является этим закулисным манипулятором? Плутарх? Афинская традиция? Или повторяющееся избегание закона конфликта в памяти Афин? В любом случае в отношении Плутарха мы выдвинем гипотезу, что здесь он просто подчиняется памяти Афин, — если Фрейд был прав, утверждая, что «искажающие тенденции, которые мы хотим уловить, должны были влиять на традиции уже до каких-либо записей»[20].

Итак, мы видим, что в своей работе по стиранию следов национальная традиция Афин явно переусердствовала, и нарратив, в котором доминирует Перикл, косвенным образом воздает должное Эфиальту. И теперь я не могу больше откладывать этот момент и попытаюсь объясниться насчет того, на что может рассчитывать историк политического, обращаясь к Фрейду.

[1] См.: Piccirilli L. L’ assassinio di Efialte // Annali della Scuola Normale Superiore di Pisa. 1987. № 17. P. 12 (в оригинале по-французски), где автор комментирует употребленное Аристотелем слово adōrodókētos [неподкупный, бескорыстный, — Прим. пер.]: Аристотель. Афинская полития, 25.1. [Avant la lettre — «до буквы», заранее, ante litteram, — Прим. пер.]

[2] О том, как, следуя аристотелевской логике, нужно читать утверждение, гласящее, что он отобрал у Ареопага «его дополнительные полномочия» (Аристотель. Афинская полития, 25.2. Пер. С. И. Радцига с изм.), см.: Loraux. N., Loraux P. L’ Athenaion politeia avec et sans Athéniens // Rue Descartes. 1991. № 1–2. P. 57–59.

[3] Аристотель. Афинская полития, 35.2.

[4] Признаюсь, меня не убеждает недавняя попытка Джона Марра изобразить какого-то «умеренного» Эфиальта, который вместо того, чтобы упразднить Ареопаг, как того хотели радикальные демократы, просто лишает его власти: Marr J. L. Ephialtes the moderate? // Greece and Rome. 1993. № 40. P. 11–19.

[6] См. по этому поводу Анаксимена Лампсакского в: Jacoby F. Die Fragmente der Griechischen Historiker. Bd. 2: Zeitgeschichte. A: Universalgeschichte und Hellenika, nrr. 44–50. Berlin; Leiden, 1926, № 72, fr. 13, а также, например, Гарпократиона, s. v. ho kátōthen nómos.

[7] Против исключительно материальной интерпретации этого перемещения, предложенной Эдвардом Уиллом (Revue de philologie de littérature et d’ histoire anciennes. 1986. № 42. P. 134–135), см. замечания Рональда Строуда: Stroud R. S. The Axones and Kyrbeis of Drakon and Solon. Berkeley; Los Angeles: University of California Press, 1979. P. 12–13. Этот жест полностью параллелен жесту Клисфена, спускающего Эрехтея в Агору (см.: Bérard C. L’ héroïsation et la formation de la cité. Un conflit idéologique // Architecture et société. De l’ archaïsme grec à la fin de la république romaine. Rome; Paris: École française de Rome, 1983. P. 51), с той, однако, разницей, что Эфиальт делает доступным для всех «историческое», а не мифическое прошлое.

[8] Об этом напоминает Луиджи Пиччирилли: Piccirilli L. Efialte. Genova: Il Melangolo, 1988. P. 78.

[9] Lévêque P., Vidal-Naquet P. Clisthène l’Athénien. Essais sur la représentation de l’ espace et du temps dans la pensée grec de la fin du VIe siècle à, la mort de Platon. Paris; Besançon: Les Belles Lettres, 1964. P. 122 (подробнее: Р. 117–122).

[10] См.: Аристотель. Афинская полития, 25; Диодор Сицилийский. Историческая библиотека, XI, 77.2–6; а также: Антифон. Об убийстве Герода, 68 и Плутарх. Перикл, 9–10.

[11] Диодор Сицилийский. Историческая библиотека, XI, 77.2–6: tēs nyktós anairetheís. Эта формулировка, очень похожая на формулировку Аристотеля из «Афинской политии» 25.4 (anēiréthē…dolophonētheis) [коварно убит] и Плутарха в «Перикле», 10.7 (kryphaíōs aneīlon) [тайно убит] — напоминает «блеклое» или эвфемистическое описание убийств, совершенных заговорщиками, у Фукидида (см., например, VIII, 65: krýpha anēlōsan [тайно убили]; ср.: Loraux N. Thucydide et la sédition dans les mots // Quaderni di storia. 1986. № 23. P. 95–134), а значит, не оставляет места для несуразных предположений вроде тех, что сделал Дэвид Стоктон (Stockton D. The Death of Ephialtes // Classical Quaterly. 1982. № 32. P. 227–228), согласно которому пораженный инфарктом или инсультом Эфиальт был просто найден утром мертвым в своей постели.

[12] Афины или Чикаго? Перикл или Аль Капоне? Подробнее см.: Piccirilli L. L’ assassinio di Efialte и Piccirilli L. Efialte.

[13] Клисфен однозначно предстает мятежником в повествованиях о его реформе у Геродота и Аристотеля. См.: Loraux N. Clistene e i nuovi caratteri della lotta politica // I Greci. Storia — Cultura — Arte — Società. T. 1: Una storia greca. Torino: Einaudi, 1996.

[14] Loraux N. L’ invention d’ Athènes. P. 194–197.

[15] Через Эфиальта, посредством Эфиальта (греч.), — Прим. пер.

[16] Плутарх. Перикл, 10.7; ср.: 9.4.

[17] Плутарх. Перикл, 10.7. Пер. С. И. Соболевского, — Прим. пер.

[18] Подобную симметрию можно обнаружить в том, как Аристотель употребляет формы того же глагола haireīn, насчет которого можно свериться у Пьера Шантрена (Chantraine P. Les verbes grecs signifiant «tuer» // Die Sprache. 1949. № 1. S. 146–147), чтобы, с одной стороны, охарактеризовать действие Эфиальта против ареопагитов («Афинская полития», 25.2: aneīlen; см. также 25.3: hairethéntas), а с другой — его убийство (25.4: anēiréthē) [haireīn — снимать, убирать, уносить, убивать, свергать и т. д., — Прим. пер.].

[19] Фрейд З. Человек Моисей и монотеистическая религия. С. 493.

[20] Фрейд З. Человек Моисей и монотеистическая религия. С. 493. Цит. с неб. изм.

Берлин раздражен претензиями Афин на военные репарации

Монумент в Калаврите

Высоко в горах полуострова Пелопоннес над городом Калаврита стоит каменный монумент. Гиоргос Димопулос читает имена, высеченные в камне; на одном из них он останавливается. «Димитриос Димопулос. Мой отец», — он делает паузу, чтобы перевести дыхание, и продолжает читать список из 498 имен.

В этом месте 13 декабря 1943 года произошло одно из страшных преступлений Второй мировой войны: нацисты убили все мужское население города в возрасте старше 12 лет.

Злодеяние было местью за убийства немецких солдат. Почти все дома в Калаврите были сожжены — кроме школы, куда согнали женщин и детей.

Это одно из многих военных преступлений, за которые Греция по прошествии 70 лет добивается компенсации от Германии.

Сейчас в здании школы располагается музей. Стеклянные витрины заставлены экспонатами — карманными часами, удостоверениями личности жертв резни в Калаврите.

Гиргиос Димопулос показывает мне двери, за которыми сидели взаперти люди, и ступеньки, на которых стояли немецкие часовые.

«Германия должна платить»

«Я помню, как люди кричали, плакали, молились, — вспоминает 83-летний старик, и его глаза наливаются слезами. — Солнце стало красным от пожаров».

«Каждый день перед моими глазами встает картина, как моя мама тащит вниз по склону изуродованное тело отца».

На этом фото Гиоргос Димопулос запечатлен с отцом, впоследствии убитым нацистами

Никто из жителей Калавриты не получил какой-либо компенсации от Берлина. Президент Германии посетил город в 2000 году, чтобы засвидетельствовать свое почтение, но воздержался от официальных извинений, чтобы не поднимать вопрос о репарациях. Но Димопулос непреклонен.

«Германия должна заплатить нам за наши страдания, — говорит он. — Но даже и тогда мы ее не простим. Когда я слышу слово «немецкий», я думаю о дьяволе».

Нацисты вторглись в Грецию в апреле 1941 года. За время оккупации погибли около 250 тысяч греков, в основном от голода. А еще Германия взяла у Банка Греции принудительный заем, чтобы покрыть стоимость оккупации.

Нацисты погашали кредит мелкими частями, а в 1945 году и эти выплаты были прекращены.

По окончании войны греческое правительство получило небольшую компенсацию — в основном в виде немецкой техники, — но гораздо меньше, чем требовали Афины.

Союзные державы договорились, что вопрос о репарациях будет пересмотрен после воссоединения Германии, но когда в 1990 году это, наконец, случилось, Берлин заявил, что время ушло.

«Экономическая оккупация»

Греческое правительство подготовило 80-страничный доклад с требованием репараций и погашения кредита.

На основании сделанных ранее подсчетов Афины претендуют на 162 млрд евро (213 млрд долларов): 108 млрд — за разрушенную инфраструктуру и 54 млрд — за невозвращенный кредит. Правительственные юристы сейчас решают, передать ли документ в Берлин.

Проблема в том, что бывший главный враг Греции в наши дни стал его главным казначеем.

Из средств, выделенных на спасение греческой экономики, Германии принадлежит львиная доля. Многие эксперты уверены, что после того, как в Германии в этом году пройдут выборы, Берлин может пойти еще на один шаг — списать долги Греции. Правда, за это Германия добилась от Греции введения мер жесткой экономии.

Когда в октябре прошлого года канцлер Германии Ангела Меркель посетила Афины, на улицы вышли десятки тысяч протестующих. Некоторые надели нацистскую униформу и выкрикивали немецкой гостье обвинения в экономической оккупации.

Под таким давлением греческой общественности тема репараций становится все более насущной. Но для правительства это вопрос деликатный: кусать руку, которая кормит — дело рискованное, можно сильно испортить отношения.

Один из экспонатов музея в Калаврите — фотографии погибших

Адонис Георгиадис, депутат от правящей партии «Новая демократия», считает, что вопрос о выплатах все равно должен быть поднят.

«Мы должны дать ответ многим немецким политикам, которые заявляют, что греки ленивы, что греки выкачивают их деньги», — говорит он.

«Мы должны четко сказать им: вы даете нам кредиты, мы их вернем. Но помните, что у вас все эти десятилетия хранились деньги, которые мы никогда не просили вернуть», — заявляет политик.

Берлин раздражен

Но для Германии тема закрыта. Министр финансов Вольфганг Шойбле с негодованием отверг претензии Греции, посоветовав ей сосредоточиться на жесткой экономии.

В 1960 году Берлин выплатил Афинам 115 млн немецких марок (около 70 млн долларов по тогдашнему курсу). Это было меньше, чем требовала Греция, но стороны договорились, что больше претензий не будет.

Официальный представитель МИД Германии Филипп Мисфельдер не скрывает, что вопрос о репарациях раздражает Берлин.

«Почему Греция не пыталась решить этот вопрос, когда она вступала в еврозону, обманув Евросоюз и Европейский центробанк?», — спрашивает он, имея в виду 2001 год, когда Афины присоединились к еврозоне, скрыв реальные цифры дефицита бюджета.

«Мы не можем понять, что делает греческое правительство, — добавляет он. — Германия и немецкие налогоплательщики проявляют солидарность с Грецией, попавшей в трудную ситуацию. И после всего этого нам собираются прислать счет за то, что случилось в далеком прошлом, за что мы уже давно расплатились».

Часы на старой церкви в Калаврите остановились на половине третьего — в этот роковой час нацисты подожгли здание. Прошло уже 70 лет, Греция и Германия являются европейскими союзниками. Но вопрос о возмещении ущерба до сих пор разделяет эти страны, и для многих греков воспоминания о трагическом прошлом еще живы.

«Древние Афины» доклад

Научные доклады

Древние Афины сообщение кратко расскажет Вам об этом городе-государстве Древней Греции. Вы узнаете о том, как жили жители Древних Афин, и что являло основу их государства.

«Древние Афины» доклад

Образование Афинского государства кратко

Где находились Древние Афины? Местоположение древнегреческого города-государства Афины — Аттика. Согласно археологическим находкам данный регион относится к южной и восточной частям Центральной Греции. Афины размещались на холмах Пниксе, Акрополе, Ареопаге, Нимфейоне и Мусейоне. У каждого холма была своя функци. На холме Ареопаг располагался зал заседаний высшего судебного совета. В Акрополе жили правители города. На каменистом, невысоком холме Пникс проводились народные собрания, слушались ораторы и принимались важные решения. На холмах Мусейон и Нимфейон проводились праздники и культурные мероприятия. От холмов расходились улицы и дороги города, которые состояли из внутренних и внешних кварталов, храмов, общественных зданий. В окрестностях Акрополя первое поселение возникло около 4500 года до нашей эры.

Читайте также  Музей alfa romeo
Легенда создания города Афин

Город назвали в честь богини Афины — богини мудрости и войны, покровительницы искусств, знаний, ремесел и науки. Очень давно Афина поспорила с богом морей Посейдоном, кому из них быть покровителем нового города. Посейдон взял трезубец и ударил о скалу. Из нее забил чистый источник. Бог морей сказал, что дарует жителям воду, и они никогда не будут страдать от засухи. Но вода в источники была морская, соленая. Афина посадила семя в землю. Из него выросло оливковое дерево. Жители города с радостью приняли ее дар, так как олива дала им масло, еду и древесину. Так город получил свое название.

Власть в Древних Афинах

Вопросы внешней и внутренней политики решались на народном собрании. В нем участвовали все граждане полиса, независимо от положения. За год они созывались не меньше 40 раз. На собраниях слушались отчеты, обсуждались строительство общественных сооружений и флота, ассигнования на военные нужды, продовольственное снабжение, вопросы об отношениях с другими государствами и союзниками. Решением частных вопросов на базе существующих законов занимались экклесии. Все законопроекты обсуждались очень тщательно и в форме судебного процесса. Народное собрание выносило окончательное решение.

Также на народных собраниях происходили выборы лиц на государственные и военные должности. Выбирались они открытым голосованием. Остальные должности выбирались путем жребия.

Между народными собраниями управленческими вопросами занимался Совет Пятисот, который ежегодно пополнялся новыми гражданами, достигшими 30-ти лет. Совет занимался текущими деталями и подготавливал проект решения для народного собрания.

Еще один орган власти в Древних Афинах — суд присяжных гелиея. В суде брали участия все граждане города. Жребием отбиралось 5000 судей и 1000 запасных. В судебных заседаниях адвокаты участия не брали. Каждый обвиняемый защищался сам. Для составления текста речи привлекались логографы – искусные в законах и риторике людях. Выступления ограничивались строгим регламентом, который определялся водными часами. В суде разбирались тяжбы граждан и переселенцев, дела жителей из союзных государств, политические вопросы. Решение принималось голосованием (тайным). Оно не подлежало обжалованию и было окончательным. Судьи, вступающие в должность, давали клятву вести дела согласно законам и справедливо.

Вместе с Советом Пятисот действовали стратеги. В их компетенции было командование флотом и армией, они следили за ними в мирное время, ведали расходованием военных средств. Стратеги вели дипломатические переговоры и ведали внешнеполитическими вопросами.

В V в. до н.э. ввели должность архонтов. Большой роли они не играли, но все же архонты занимались подготовкой судебных дел, контролировали священные угодья, опекали сиротское имущество, назначали хорегов, руководили состязаниями, религиозными процессиями, жертвоприношениями. Они избирались на год, после чего переходили в состав ареопага, где их ждало пожизненное членство.

С развитием Афин увеличивался аппарат управления. В подразделениях государства — демах, филах, фратриях также вводились выборные должности. Каждый гражданин был втягнут в общественно-политическую жизнь города. Так постепенно развивалась демократия в Древних Афинах. Своей высшей точки она достигла в годы правления Перикла. Всю полноту законодательной верховной власти он организовал в экклесию — народное собрание. Оно собиралось каждые 10 дней. Остальные органы государства подчинялись народному собранию.

Образование в Древних Афинах

Жизнь в Древних Афинах подчинялась не только политике. Не последнюю роль граждане уделяли образованию, которое основывалось на общественном воспитании и демократических принципах. Родители должны были обеспечить всестороннее образование юношей. Если они этого не делали, то их строго наказывали.

Образовательная система направлена на накопление больших научных сведений, постоянное развитие физических природных данных. Молодые люди должны ставить высокие цели перед собой, как интеллектуальные, так и физические. Школы в Древних Афинах преподавали 3 предмета – грамматику, музыку и гимнастику. Почему особое внимание уделялось образованию юношей? Дело в том, что государство, таким образом, воспитывало здоровое потомство, храбрых и сильных воинов.

Надеемся, что доклад «Древние Афины» помог Вам узнать много полезной информации об этом государстве. А рассказ о Древних Афинах Вы можете дополнить через форму комментариев ниже.

Турецкая оппозиция боится мести Эрдогана: «Политически ослаблен и опасен»

Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган.
Иллюстрация: arabobserver.com

Популярность президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана находится на самом низком уровне за 19 лет его правления. По данным всех последних опросов общественного мнения, возглавляемая им правящая Партия справедливости и развития (ПСР) постоянно теряет голоса с конца 2020 года, и по крайней мере два потенциальных оппозиционных кандидата уверенно опережают действующего главу государства по персональному рейтингу. Об этом сегодня, 19 октября, передаëт турецкое информагентство Bianet (оппозиционное издание).

Однако период, остающийся до всеобщих выборов, которые намечены на июнь 2023 года, может быть не таким уж гладким для оппозиции, считают местные политики и эксперты. Реджеп Тайип Эрдоган сделает всë, чтобы остаться у власти, и, вероятно, попытается ещë больше поляризовать общество перед выборами, заявил 6 октября журналистам председатель ведущей оппозиционной Республиканской народной партии (РНП) Кемаль Кылычдароглу.

Эрдоган отметился подобными высказываниями в конце мая после попытки нападения на главу оппозиционной «Хорошей партии» (İYİ) Мерал Акшенер, союзника РНП, в городе Ризе. Спустя несколько недель вооружëнный злоумышленник ворвался в офис прокурдской Партии демократии народов (ПДН) в Измире и убил активиста этого политобъединения. Согласно сообщениям в социальных сетях, нападавший был сторонником Партии националистического движения, политического союзника ПСР Эрдогана. Затем члены ПДН подверглись ещë одному вооружëнному нападению в юго-западной провинции Мугла, на этот раз без человеческих жертв, отмечает Bianet.

Совсем недавно турецкий лидер сказал, что для оппозиции было бы лучше отказаться от попыток управлять страной.

После указанного заявления Кылычдароглу несколько оппозиционных политиков выразили аналогичную озабоченность. Заместитель председателя İYİ Корай Айдын указал 11 октября, что они получили информацию о том, что подобные нападения могут произойти уже в ближайшее время.

Как сообщало EADaily, по данным опроса, проведённого в этом месяце частным социологическим агентством MetroPoll, большинство в 53,7 процента избирателей Турции считают, что правящая ПСР во главе с президентом страны Эрдоганом утратит позиции ведущей политической силы по итогам всеобщих выборов 2023 года. Только 37,8% респондентов полагают, что ПСР останется у власти, хотя среди избирателей из числа сторонников правящей партии это число составляет 65,8%. Вместе с тем 25,7% избирателей ПСР не ожидают, что их политобъединение останется у власти через два года.

Ранее в Турции были опубликованы результаты нескольких соцопросов, согласно которым нынешние власти значительно утратили доверие граждан, что дало основания местной оппозиции заявить о необходимости проведения досрочных выборов. Очередные всеобщие выборы в стране — одновременно президентские и парламентские — должны пройти в июне 2023 года.

Политологи о Радкевиче: Литва не может поступиться делом о событиях 13 января

Vytis Jurkonis

Доцент Института международных отношений и политологии (ИМОПН) Вильнюсского университета (ВУ) Кястутис Гирнюс полагает, что Литва, получив А. Радкевича, которого считают в Украине героем, могла бы помиловать его.

Между тем, политолог ИМОПН ВУ и представитель неправительственной организации Freedom House Витис Юрконис считает, что участие в борьбе с поддерживаемыми Россией сепаратистами не может стать индульгенцией для прошлых преступлений.

Документ, полученный BNS в четверг от украинских правозащитников, свидетельствует, что А. Радкевич, осужденный по делу 13 января, является ветераном войны Украины с поддерживаемыми Россией сепаратистами.

Украинские дипломаты требуют объективного и беспристрастного рассмотрения дела А. Радкевича.

МИД Литвы заявляет, что не располагает информацией о причастности осужденного по делу 13 января к конфликту с сепаратистами.

Литва не может отступить

Как сообщил BNS политолог ИМОПН ВУ К. Гирнюс, вопрос экстрадиции А. Радкевича очень щепетильный.

По его словам, хотя Вильнюс и Киев поддерживают дружеские отношения, к этому человеку относятся по-разному: в Литве он считается преступником, а в Украине — патриотом, который боролся за свободу страны.

Однако политолог считает, что Литва должна вернуть его в страну.

«Литва действительно не может отступить, она должна требовать, чтобы его вернули Литве. В противном случае дело 13 января будет скомпрометировано», – сказал К. Гирнюс.

Он добавил, что отступление даст возможность российской пропаганде назвать дело сфабрикованным и основанным на догадках.

По словам К. Гирнюса, во избежании политического спора с Украиной А. Радкевич может быть помилован.

«Если это человек, который Украине очень важен, то для поддержания хороших двусторонних отношений его можно помиловать. Ты отправляешь его в тюрьму, а через два-три месяца отпускаешь, говоря, что он искупил свою вину», – сказал политолог.

Сегодняшние заслуги не освобождают от ответственности

Политолог ИМОПН ВУ В. Юрконис утверждает, что экстрадиция А. Радкевича не является удобным вопросом, однако то, что он патриот Украины, не освобождает его от ответственности за ранее совершенные преступления.

Политолог также не считает, что этот вопрос каким-либо образом может повлиять на двусторонние отношения между Литвой и Украиной.

«Не думаю, что эта ситуация драматична и может повлиять на двусторонние отношения между Украиной и Литвой. Дело 13 января — очень важный вопрос для Литвы, здесь нет ситуации «любовь — не любовь» или «патриот — не патриот»», – сказал BNS В. Юрконис.

По его словам, главный вопрос заключается в участии осужденного в преступлениях 13 января.

«Не важно, (Владимир) Усхопчик, (Михаил) Головатов или Радкевич. Это неудобный вопрос, но его статус ветерана не освобождает от ответственности ни в Украине, ни в Литве. Было бы очень странно, если бы статус украинского патриота снимал с вас ответственность», — сказал В. Юрконис.

«Есть решение, которое нужно исполнять. Если в процессе были какие-то ошибки, Литва это учтет, но сам факт того, что человек участвовал в сопротивлении агрессии Кремля против Украины, я думаю, никак не является индульгенцией от преступлений, совершенных в прошлом или после этого», – резюмировал политолог.

Служил в 2015-2016 годах

В справке Министерства обороны Украины, которой располагает BNS, указано, что А. Радкевич был участником антитеррористической операции (АТО) на востоке Украины, которая началась в 2014 году.

В 2015-2016 годах служил в городе Бахмут Донецкой области в три смены по несколько месяцев каждая.

«В этот период он был в составе Вооруженных сил Украины. Не просто в добровольческих батальонах, но в вооруженных силах», – сказал в четверг BNS Александр Павличенко, являющийся исполнительным директором Хельсинкского союза по правам человека в Украине, который занимается организацией правовой защиты А.Радкевича.

«Он был чисто военным», – добавил юрист, который также является членом нескольких советов и комиссий, консультирующих президента Украины.

Справка, подтверждающая статус А. Радкевича как участника антитеррористической операции, была выдана 19 ноября 2016 года.

Министерство иностранных дел Литвы (МИД) указало BNS, что не может подтвердить или опровергнуть информацию о том, что А. Радкевич является ветераном АТО.

«Министерство иностранных дел не может ни подтвердить, ни опровергнуть эту информацию. Это могут пояснить только ответственные украинские ведомства», — сказала представитель по связям с общественностью министра Габриэлюса Ландсбергиса Витауте Шмайжите-Кулешене.

Украина требует объективного процесса

Представитель МИД Украины заявил в четверг, что Киев настаивает на объективном и беспристрастном расследовании дела А. Радкевича.

По словам официального представителя МИД Украины Олега Николенко, через несколько дней консулы страны должны посетить А. Радкевича.

«25 октября арестованного также должны посетить украинские консулы. МИД Украины задействовал и другие контакты с греческой стороной, в частности через правоохранительные органы и офис уполномоченного по правам человека. Мы настаиваем на объективном и беспристрастном рассмотрении дела с соблюдением законных прав украинского гражданина», – сказал О. Николенко агентству «Интерфакс».

«Консулы поддерживают с украинцем регулярную связь, он обеспечен украинскими и греческими адвокатами, условия его содержания приемлемы. 22 октября адвокат планирует приехать в Афины для защиты интересов нашего гражданина при рассмотрении прокуратурой Верховного суда Греции апелляционной жалобы на решение окружного прокурора региона Фракия. По нашим оценкам, рассмотрение апелляции может длиться несколько месяцев», – добавил он.

Наказание А. Радкевича — одно из самых мягких

В ночь на 13 января 1991 года 14 человек погибли при штурме советскими войсками Вильнюсской телебашни и здания Комитета телевидения и радиовещания.

Правоохранительные органы Литвы утверждают, что А. Радкевич участвовал в военном штурме Дома печати, обеспечивал поддержку воздушно-десантных частей и запугивал людей опасным маневрированием на территории здания.

Четырехлетний тюремный срок для А. Радкевича — один из самых коротких по делу о событиях 13 января. При вынесении приговора суд принял во внимание тот факт, что А. Радкевич на момент совершения преступления был очень молод, ему было 23 года.

По делу 13 января было осуждено 67 человек.

А. Радкевич был в числе нескольких осужденных, которые осенью этого года безуспешно пытались обжаловать приговор Апелляционного суда в Верховном суде Литвы. Последний жалобу не принял.

В августе Вильнюсский окружной суд выдал европейский ордер на его арест, на основании которого он и был задержан в Греции.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock
detector