Горький на капри фото

Горький на капри фото

Где жил Горький на Капри

Горький на Капри провел 7 лет, с ноября 1906 по декабрь 1913 года. Это были благополучные и счастливые годы его жиэни. Он был знаменит, обеспечен, окружен близкими по духу людьми . Рядом с ним была любимая женщина — Мария Федоровна Андреева. Здесь ему хорошо писалось: им были написаны романы «Мать», повести «Жизнь ненужного человека», «Исповедь», «Городок Окуров», «Жизнь Матвея Кожемякина», пьесы «Последние», «Чудаки», Дети», «Васса Железнова», рассказы, статьи, «Сказки об Италии».

На Капри Горький принимал у себя многочисленных гостей, среди которых были Бунин, Шаляпин, Леонид Андреев, Станиславский, Вересаев, Репин, Новиков-Прибой, Красин, Дзержинский, Плеханов. Дважды, в 1908 и 1910 годах, у него гостил Ленин.

Когда наши туристы приезжают на Капри, многие интересуются, где жил Горький. Я тоже в первый свой приезд, когда в информационном центре по туризму (на пьяцца Умберто I) брала карту острова, спросила у служащей об этом. Служащая тут же отметила мне на карте виллы. Видимо, часто спрашивают.

На одну из вилл (Спинолу) я наткнулась сразу же, когда отправилась из центра на виллу Тиберия — она оказалась в двух шагах от Пьяцетты. На другие — так же случайно.

За время пребывания на Капри Горький сменил три виллы.

Вилла Блезус (Сеттани)

Горький на Капри прибыл 2 ноября 1906 года и сначала остановился в отеле Quisisana, но вскоре переехал на виллу Blaesus, Блезус. Другое название виллы – Settani, по имени владельцев (посмотреть на карте).

вилла горького на капри

горький на капри вилла блезус

Вилла находится над Садами Августа.На следующем фото мы видим смотровую площадку Садов Августа, а выше — белую виллу Блезус.

вилла горького на Капри

Сейчас виллу занимает отель «Villa Krupp 3*». Ее легко найти: при подходе к Садам Августа наверх уходит лестница, и стоит указатель на отель «Villa Krupp». Надо заметить, что на этой вилле сам Крупп (немецкий сталелитейный магнат) никогда не жил, он снимал номер люкс в отеле Quisisana.

От виллы открывается прекрасный вид на южный берег Капри.

горький на капри вилла блезус

На вилле Блезус Горький жил с конца ноября 1906 года по конец февраля 1909 года. За это время он совершил несколько путешествий по Италии

Ленин приезжал на Капри в апреле 1908 году и гостил у Горького неделю на этой вилле.

Прямо под ней на небольшой площадке стоит памятник Ленину, установленный в 1970 году к столетию рождения Ленина.

капри памятник ленину

капри памятник ленину

Вилла Спинола (Беринг)

В марте 1909 года Горький перебрался на виллу Спинола, в самый центр города Капри (Piazzetta Cesare Battisti, 4). Вилла принадлежала немецкому врачу Эмилю Берингу, Нобелевскому лауреату по медицине, изобретателю сыворотки против дифтерии.

Вилла красного помпейского цвета, в три этажа. Одной стороной выходит на маленькую площадь Чезаре Баттисти,

вилла горького на капри

другой смотрит в сторону моря.

Виллу Спинола-Беринг отлично видна с корабля, когда он подходит к порту Марина Гранде. Вилла выделяется своим красным цветом и прижата к скале.

вилла горького на капри

горький на капри вилла блезус

В те годы на Капри находилось много русских революционеров, некоторые из которых живали здесь подолгу. На вилле Спинола проходили собрания Каприйской партийной школы, идеологами которой были Луначарский, Богданов и Базаров. Ленину чрезвычайно досаждала эта школа, он настороженно следил за ее деятельностью из Парижа, видя в ней уклонение от правильного курса, и всеми силами переманивал слушателей в свою партийную школу в Париже. Борясь с этой ересью и «богоискательскими заблуждениями», он написал книгу ««Материализм и эмпириокритицизм.». Есть версия, что истинной причиной расхождения была борьба за деньги партии, контроль над частью которых осуществлял Богданов.

В июле 1910 года Ленин приехал на Капри второй раз и на две недели останавливался у Горького на вилле Спинола.

В октябре 1910 года Горький отправляется в большое путешествие по Италии.

Вилла Серафина(Пьерина)

В феврале 1911 года Горький перебирается на виллу Серафина (другое название – Пьерина). Она находится на южном берегу Капри, на via Mulo, которая поднимается от Марина Пиккола в центр Капри.

Укромная виа Муло

капри виа муло

вилла горького на капри

горький на капри

В марте 1913 года царь Николай II по случаю 300-летия дома Романовых объявил амнистию, под которую попал и Горький. В декабре 1913 года Горький покинул Капри, а в январе 1914 года из Неаполя на поезде отправился в Россию. Он благополучно успел пересечь Европу до начала Первой мировой войны.

Второй итальянский период: Горький в Сорренто

В Кампанию Горький вернулся только спустя 10 лет, в апреле 1924 года, но на Капри его не пустили. К власти пришел Муссолини, отношение к пролетарскому писателю в стране поменялось.

Сначала Горький жил в городке Сант-Аньелло под Сорренто, а с ноября 1924 года – на вилле Сорито (il Sorito) на окраине Сорренто (посмотреть на карте).

Начиная с 1928 года, стал на лето выезжать в Россию. В мае 1933 года под давлением сверху Горький уехал в Россию окончательно и безвозвратно. В Россию ему предоставили дачи в Горках и Крыму и бывший дом Рябушинского в Москве.

Год спустя умер его сын. В 1936 году в Горках умер он сам. Было ему 68 лет.

Ленин дважды приезжал на Капри погостить у Горького на вилле Круппа

Для тех, кто воспитывался в советскую эпоху, название итальянского острова Капри прочно связано с именем Ленина. Каждый школьник знал, что Ильич гостил здесь у великого пролетарского писателя Максима Горького. Не забывали об этом и жители самого острова. В 1970 году здесь была открыта памятная стела — пятиметровый монумент из каррарского мрамора с высеченной в нем головой вождя революции. Ныне, увы, народная тропа к нему заросла. Монумент находится в самом начале знаменитой дороги Круппа, петлями спускающейся со 100-метровой высоты к морю и уже много лет закрытой из-за опасности камнепада. Кроме железной ограды стелу скрывает плотная стена листвы и сделать селфи на фоне мраморного вождя, увы, невозможно.

Ленин дважды приезжал на Капри погостить у Горького на вилле Круппа | У входа на старинную виллу гостей встречает мозаичный портрет А. М. Горького. ФОТО АВТОРА

У входа на старинную виллу гостей встречает мозаичный портрет А. М. Горького. ФОТО АВТОРА

Наследство Круппа

Сверху над дорогой на уступах скал красуются роскошные виллы. На стене одной из них — керамическая памятная доска, свидетельствующая о том, что с 1906-го по 1909 год здесь жил русский писатель Максим Горький, а в гости к нему приезжал знаменитый Владимир Ленин. В конце XIX века это уютное «гнездышко» построил для себя известный германский промышленник Фридрих Альфред Крупп. Отдыхал он здесь по нескольку месяцев в году, но в 1902-м застрелился после того, как одна из газет сообщила о его участии в оргиях на берегу, на том конце его любимой дороги.

Виллу унаследовала его дочь — красавица Берта, та самая, в честь которой названа грозная немецкая пушка. Но имя Круппов на Капри все же старались упоминать пореже, и «гнездышко» долгие годы было известно под именем «Блезус». Ныне, однако, родословную вспомнили — и, скорее всего, не столько из любви к истории, сколько из интересов коммерческих. «Вилла Крупп» — небольшой отель. Без особых излишеств, но для среднего туриста все равно дороговато. Впрочем, его белоснежная веранда с роскошным видом на море и бухту Марина Пикколо открыта для всех.

Официант приносит ароматный кофе в фирменных чашечках, следом выходит хозяйка — пожилая женщина, представляющаяся дальним потомком тех самых Круппов. Она живет здесь же, на вилле, вместе с семьей. Узнав, что мы из России, удивленно всплескивает руками — русские здесь очень редки. Объект не туристический, и экскурсий сюда не водят. Слово за слово, и вдруг она говорит: «Пройдемте».

Проходим на ее жилую половину и попадаем. в кабинет Горького. Письменный стол-бюро, на нем бумаги, карандаши, керосиновая лампа. Хозяйка уверяет, что все это подлинное, сохранившееся с тех времен. А вот и комната, где жил писатель, — небольшая, скромная, зато с собственной верандой и видом на море. Конечно, интерьер изменился, ведь это не музей, но зеркало и кресла — те самые.

Горький приехал сюда в ноябре 1906 года со своей гражданской женой актрисой Марией Андреевой. Жили широко, дом был постоянно полон гостями — Бунин, Шаляпин, Новиков-Прибой, Леонид Андреев, Луначарский, Дзержинский и многие другие. Отдых писатель совмещал с напряженной работой. Повести «Детство», «Исповедь», пьеса «Васса Железнова», 27 рассказов, составивших цикл «Сказки об Италии», — все это было написано на Капри.

«Профессор Дринь-дринь»

В апреле 1908 года сюда из Парижа приехал Ленин. Причем не с Надеждой Константиновной, а с красивой молодой женщиной. Нынешние историки полагают, что это была Инесса Арманд, а советские ее просто «не увидели». Да и жизнь вождя на Капри отлакировали, что называется, до зеркального блеска.

Разумеется, Ильича, как уверяют они, здесь все обожали. Он любил беседовать с местными жителями — выяснял, как они работают, сколько зарабатывают, на что расходуют деньги. На известной картине советского времени Ильич в знакомом нам до боли костюме-тройке «берет интервью» у оборванца-рыбака.

На другой картине они с Горьким ловят рыбу с лодки. Оба — в белых рубашках с галстуками (есть и другой вариант этого же произведения, где вождь еще и в жилетке), Горький — в широкополой шляпе, а Ленин — с непокрытой головой и удочкой в руке. Исторической правде, впрочем, это не слишком соответствует — как говорят многочисленные источники, Ильич любил ловить по-местному, наматывая леску на палец. Когда рыба хватала наживку, он радостно вскрикивал: «Дринь-дринь!». Из-за этого его так и прозвали — «профессор Дринь-дринь».

Впрочем, местные историки утверждают, что прозвище было ироническим — дескать, толком ловить рыбу «профессор» так и не научился. Да и не так уж тут его все и любили — уж очень был приставучий, да и смеялся неприятно.

Капри, однако, стал для вождя не только «домом отдыха», но и местом серьезных политических ристалищ. Его главным противником был тогдашний соратник по партии Александр Богданов, врач, проявивший себя как блестящий экономист и философ. На лондонском съезде РСДРП в 1907 году именно он сорвал своими речами самые большие овации. Бдительный Ленин не на шутку испугался. И пути их с Богдановым окончательно разошлись именно на Капри.

На широко известной фотографии друзья-соперники играют в шахматы (похоже, именно на той самой террасе, где через сто с лишним лет мы будем пить кофе). Судя по расположению фигур, вождь явно проигрывает. А проигрывать он не любил — ни на доске, ни в жизни.

Разумеется, советские историки представляют Богданова как оголтелого оппортуниста. Прочитав написанную им книгу «Эмпириомонизм», Ленин, по его собственному признанию, «озлился и взбесился необычайно». Якобы обиделся, что из социализма хотят сделать религию. На самом же деле, как считают историки нынешние, просто увидел реального конкурента в борьбе за лидерство в партии. И предпринял все усилия, чтобы его «снять с пробега».

Особенно обострились разногласия между ними по вопросу о контроле над большевистской кассой (ясное дело — кто держит банк, тот и лидер). Развязка наступила в июне 1909 года — на совещании расширенной редакции газеты «Пролетарий» Богданов был исключен из большевистского центра.

Неудачливый шахматист отомстил противнику.

Рабочие за партой

Сплотившиеся вокруг Богданова большевистские интеллектуалы во главе с Луначарским вынашивали идею открыть на Капри революционную школу для рабочих. Ленин был категорически против, явно усмотрев в этом подрыв собственного авторитета. Тем не менее 5 августа 1909 года школа распахнула свои двери. На остров приехали 30 рабочих и студентов из разных уголков России. Кандидатов отбирали партийные комитеты. Занятия проходили на вилле «Спинола», куда к тому времени перебрался Горький. Автор «Матери» был на седьмом небе и писал, что молодежь собралась прекрасная. Среди прочих вести занятия пригласили Троцкого и Ленина. Первый обещал приехать, но на Капри так и не появился. Ленин же, находившийся тогда во Франции, прислал сухой ответ с отказом.

Открытие школы он назвал «провокацией», а ее участникам объяснил, что это инициатива членов фракции, чьих идей он не разделяет. Сообщил также, что он сам устраивает образовательный центр в Париже, куда и приглашает на занятия. И часть делегатов приглашение приняли. Спустя несколько месяцев заработала парижская школа, где Ленин прочитал 30 лекций по политической экономии, положив окончательный конец богдановской «ереси». Вскоре Богданова заклеймили как отщепенца. А в январе 1910-го на Парижском пленуме его вывели из Центрального комитета РСДРП.

Второй раз Ленин гостил у Горького с 19 по 30 июня 1910 года. Поездка была, как сказали бы сейчас, чисто политическая. Что-то кому-то доказывать Ленину уже было не нужно — в статусе вождя партии он утвердился прочно. С Горьким же их идейные пути сильно разошлись — тот по-прежнему бредил «богоискательством». Однако известный писатель был нужен революционеру, потому что его любил народ. В конце 1909 года пошли слухи, что Горького исключили из партии, и своим визитом Ленин продемонстрировал, что их дружба продолжается.

Спустя полгода после этого визита «Буревестник революции» снова сменил «прописку» — переехал на виллу «Серфина». Ныне она называется «Пьерина», ее нет ни на карте острова, ни в путеводителях. Наткнулись мы на нее чисто случайно, когда спускались в бухту Марина Пикколо — разумеется, не по крупповскому серпантину, а по обычному асфальтовому шоссе. На одной из тянущихся вдоль дороги оград вдруг увидели потемневшую от времени мраморную доску. Надпись на ней говорила о том, что с 1911-го по 1913 год здесь жил Максим Горький с женой Марией Андреевой.

Глухие ворота, за стеной зелени — очертания неоклассического фасада. Частное владение. Вход закрыт.

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 075 (6428) от 24.04.2019 под заголовком «Вождь в гостях у «Буревестника»».

«После окончания партии Ленин был крайне зол»

Иштван Орос рассказал Евгению Когану о своей книге «Шахматы на острове»

Detailed_pictureБогданов, Горький и Ленин играют в шахматы. 1908

В издательстве «Три квадрата» вышла книга «Шахматы на острове» — остроумное и крайне увлекательное расследование, которое начинается с единственной фотографии — правда, очень известной. На ней запечатлена шахматная партия, разыгранная Владимиром Лениным и Александром Богдановым, двумя большевистскими вождями, в 1908 году на вилле Максима Горького на Капри. На протяжении нескольких десятилетий с этой фотографии исчезали «нежелательные» для советской власти люди. Автор книги — известный венгерский художник Иштван Орос, работающий в сфере оптического искусства, — сопоставляет эти исчезновения с движением фигур на шахматной доске, отслеживает биографии персонажей фотографии и восстанавливает политический контекст, в котором происходила та историческая партия. О том, каково работать над книгой об истории русской революции, не владея русским языком, и о том, почему Ленин проиграл Богданову, Иштван Орос рассказал владельцу книжного магазина «Бабель» (Тель-Авив) Евгению Когану.

— Мой первый вопрос предсказуем. Почему вы, художник, работающий в сфере оптического искусства, вдруг занялись исторической литературой?

— Отправной точкой моей книги послужила фотография, которая производит впечатление оптической иллюзии — в течение некоторого времени количество изображенных на ней людей менялось, зрители, наблюдавшие за шахматной партией, исчезали с фотографии, словно по волшебству. К слову, в основе другой моей исторической книги тоже было оптическое искусство — знаменитый череп с картины Ганса Гольбейна Младшего «Послы».

— И что было самым сложным при работе над книгой?

— События начала ХХ века определяют не только историю России, но и историю мира, особенно Европы, Восточной Европы, уже более ста лет. Эти события значительно повлияли на происходящее в той стране, где я вырос. Так что мне было очень сложно оставаться на позиции стороннего наблюдателя… Хотя, на самом деле, работать было довольно легко — во всяком случае, никаких трудностей я припомнить не могу. Правда, я не настоящий писатель, поэтому у меня не было стресса, когда я думал о будущем этой книги, мне просто нравилось писать. И — да, у меня не было дедлайна!

© «Три квадрата», 2018

— Как вообще вам на глаза попалась фотография знаменитой шахматной партии на острове Капри?

— Насколько я помню, впервые я увидел ее в восьмидесятые в какой-то немецкой книге. Там было несколько вариантов этого фото. Позже, когда появилась возможность, я сделал короткий анимационный фильм по фотографии, запавшей мне в душу, и в процессе работы над ним начал собирать информацию о снимке, о политической ситуации того времени и о людях, изображенных на фото.

— А вы до того интересовались историей русской революции, читали Горького?

— Я же из Венгрии — страны, которая была частью советского мира. Это значит, что, будучи студентом, я изучал не только русский язык, но и русскую — и советскую — историю. Естественно, на венгерский язык были переведены важнейшие русские авторы — Пушкин, Гоголь, Достоевский, Чехов — и разные скучные социалистические реалисты тоже. На венгерском выходили все работы Ленина и, конечно, все произведения Горького — не могу сказать, что читал их тогда, однако я прочитал какие-то тексты Горького, прежде чем начать писать свою книгу. А вот чего мне действительно не хватало — это текстов Богданова: его приходилось читать по-английски и по-русски с помощью моего друга и Google-переводчика.

— И все-таки мне сложно поверить, что вы не умеете читать по-русски. Как же тогда вы нашли столько поразительных документов и свидетельств?

— Я изучал русский язык восемь лет и был не самым плохим учеником. Когда мне было восемнадцать, я мог вполне свободно изъясняться по-русски, но я не пользовался этим языком около пятидесяти лет и, к сожалению, совершенно его забыл. Но что-то, конечно, осталось глубоко в памяти. Что же касается документов, с которыми я работал, то, скажем, переписка Горького и Ленина была опубликована на венгерском языке, а большинство произведений товарищей Сталина, Луначарского и так далее можно найти на венгерском в библиотеке. Но лучше все же купить их в антикварных книжных лавках — сейчас они стоят очень дешево.

— Как книгу приняли в Венгрии?

— На венгерском языке книга вышла тиражом 350 экземпляров, так что о ней мало кто знает. Хотя критика была положительной. Для меня большая честь, что книга была переведена на русский язык, — это моя первая книга, которая выходит в России. И, к слову, сейчас ее переводят еще и на итальянский.

— Закончив книгу, вы поняли, почему Ленин проиграл ту партию?

— Думаю, Ленин был слишком нетерпелив — он очень хотел выиграть, ему было крайне важно не ударить в грязь лицом под взглядами других большевиков, и он поплатился за это. И я точно знаю, что после окончания партии он был крайне зол. Во всяком случае, так об этом вспоминает Горький.

— Как думаете, эта партия повлияла на реальную политику?

— О да — так же как порыв ветра, вызванный взмахом крыла бабочки в Азии, порождает шторм у берегов Америки.

— Слушайте, а вы сами умеете играть в шахматы?

— Да, умею и люблю. Играю на неплохом любительском уровне. А вот мой венгерский издатель Лайош Борда играет на профессиональном уровне. Возможно, именно поэтому он и согласился издать мою книгу.

Максим Горький в Италии

На узких неаполитанских улочках писателя везде поджидали восторженные толпы.

Капри

В январе 1905 года писатель Максим Горький был арестован, около месяца он провёл в Петропавловской крепости. Под давлением общественного мнения властям пришлось освободить писателя. Однако к концу 1905 года революционно настроенный Горький вновь оказался под угрозой ареста. Решено было покинуть Россию. Писатель направился в Соединённые Штаты собирать средства для социал-демократической партии, но вынужден был уехать из Америки из-за разразившегося скандала по поводу того, что в поездке его сопровождала гражданская жена, актриса Московского Художественного театра Мария Андреева.

13 октября 1906 года Горький с Андреевой покинули Нью-Йорк, направляясь в Неаполь. В Италии писателя хорошо знали. Его произведениями увлекалась молодёжь, его творчество изучали в Римском университете. И потому, когда пароход «Принцесса Ирэн» с Горьким на борту 26 октября подошёл к причалу Неаполитанского порта, на борт его ринулись журналисты. Корреспондент местной газеты Томмазо Вентура по-русски произнёс приветствие от имени неаполитанцев великому писателю Максиму Горькому. На следующий день все итальянские газеты сообщали о прибытии Горького в Италию. Газета «Avanti» писала: «Мы также хотим публично, от всего сердца приветствовать нашего Горького. Он — символ революции, он является её интеллектуальным началом, он представляет собой всё величие верности идее, и к нему в этот час устремляются братские души пролетарской и социалистической Италии. Да здравствует Максим Горький! Да здравствует русская революция!». На узких неаполитанских улочках его везде поджидали восторженные толпы.

Читайте также  Куда съездить из флоренции на один день

1.jpg

Несколько дней спустя Горький снова сел на корабль и направился на Капри. Это пристанище стало ему домом на целых 7 лет (с 1906 по 1913 гг.). Сначала Горький с Андреевой поселились в престижной гостинице Quisisana. Затем они жили на виллах «Блезиус» (с 1906-го по 1909-й), «Спинола» (с 1909-го по 1911-й) и «Серфина».

Мария Андреева подробно описала виллу «Спинола» на виа Лонгано и распорядок дня писателя на Капри. Дом находился на полугоре, высоко над берегом. Вилла состояла из 3-х комнат: на нижнем этаже супружеская спальня и комната Андреевой, весь второй этаж занимал большой зал с панорамными окнами из цельного стекла длиной 3 м и высотой 1,5 м, одно из окон с видом на море. Там находился кабинет Горького. Мария Фёдоровна, занимавшаяся (помимо домашнего хозяйства) переводами сицилийских народных сказок, находилась в нижней комнате, откуда вела наверх лестница, чтобы не мешать Горькому, но при первом же зове помочь ему в чем-либо. Для писателя был специально построен камин, хотя обычно дома на Капри отапливались жаровнями. Возле окна, выходящего на море, стоял покрытый зелёным сукном большой письменный стол на весьма длинных ножках, чтобы Горькому с его высоким ростом было удобно и не приходилось слишком нагибаться. Повсеместно в кабинете, на столах и всех полках располагались книги. Писатель выписывал газеты из России — как большие столичные, так и губернские, а также иностранные издания. Просыпался Горький не позднее 8 часов утра, спустя час подавался утренний кофе, к которому поспевали выполненные Андреевой переводы статей, которые интересовали Горького. Ежедневно в 10 часов писатель садился за письменный стол и работал до половины второго. В 2 часа — обед, в ходе приёма пищи Горький знакомился с прессой. После обеда до 4 часов пополудни Горький отдыхал. В 4 часа Горький и Андреева выходили на часовую прогулку к морю. В 5 часов подавался чай, с половины шестого Горький снова поднимался к себе в кабинет, где работал над рукописями или читал. В 7 часов — ужин, за которым Горький принимал товарищей, прибывших из России или живших на Капри в эмиграции — тогда случались оживлённые беседы. В 11 часов вечера Горький опять поднимался в кабинет, чтобы что-то ещё написать или почитать.

1.jpg

Летом на виллу повидаться с Горьким приезжало много россиян и иностранцев, наслышанных о его славе. Среди них были родные (например, жена Горького Екатерина Пешкова и сын Максим, приёмный сын Зиновий, дети Андреевой Юрий и Екатерина), друзья — Леонид Андреев со старшим сыном Вадимом, Иван Бунин, Фёдор Шаляпин, Александр Тихонов (Серебров), Генрих Лопатин (переводчик «Капитала» Маркса), знакомые. Дважды на Капри к Горькому приезжал Владимир Ленин (в 1908-м и в 1910-м). Приезжали и совершенно незнакомые люди. Как Толстой в Ясной Поляне, Горький на своём острове был окружён двором, в котором попрошайки соседствовали с почитателями, праздные путешественники с искателями правды. Из каждой встречи оторванный от России Горький пытался извлечь хотя бы крупицу новых житейских знаний или опыта с родины для своих произведений. Осенью все обычно разъезжались, и Горький снова погружался в работу на целые дни. Изредка, в солнечную погоду, писатель совершал более дальние прогулки. Время от времени Горький вырывался со своего острова, чтобы съездить в Неаполь, во Флоренцию, в Рим, в Геную. Но всегда возвращался на Капри.

Мария Андреева играла при Горьком роли и хозяйки дома, и секретаря. Она перепечатывала его рукописи, разбирала почту, переводила по его требованию статьи из французских, английских, немецких и итальянских газет и работала переводчиком, когда он принимал иностранных гостей. Жил он на авторские гонорары, которые регулярно получал на Капри, — жил, едва сводя концы с концами, поскольку его щедрые пожертвования в партийную кассу и оказание помощи компатриотам в беде разоряли семейный бюджет. Когда Марии Андреевой советовали сократить расходы так, чтобы тратиться только на двоих (например, принимать поменьше гостей), она отвечала: нет, нет, это невозможно, Алексей Максимович заметит. Он оторван от родины, но благодаря товарищам, которые приходят к нему, по-прежнему с русским народом. Это ему так же необходимо, как воздух, которым он дышит.

В 1906—1913 годах на Капри Горький сочинил 27 небольших рассказов, составивших цикл «Сказки об Италии». Эпиграфом ко всему циклу писатель поставил слова Андерсена: «Нет сказок лучше тех, которые создаёт сама жизнь». Первые 7 сказок были опубликованы в большевистской газете «Звезда», часть — в «Правде», оставшиеся напечатаны в других большевистских газетах и журналах.

Сорренто

В 1921 году Максим Горький снова покинул родину. Несколько лет он прожил в Германии. 5 апреля 1924 года Горький с сыном, невесткой и другом семьи И. Н. Ракицким уехал из Мариенбада в Италию. Поселившись в неаполитанском отеле «Континенталь», он начал искать место постоянного проживания. 20 апреля он писал Андреевой: «На Капри — не был и не собираюсь. Там, говорят, стало очень шумно, модно и дорого. В Портнои, Позилипо, Поццуоли, в Байи — ничего не нашли для себя. Я очень тороплюсь работать и сяду за стол тотчас же, как только переберёмся в Сорренто, а молодёжь займётся поисками жилища».

2.jpg

С 23 апреля 1924 года Горький жил в Сорренто, сначала в отеле «Капуччини», потом на вилле «Масса» и с 16 ноября 1924 года на вилле «Иль Сорито», расположенной на скалистом соррентийском мысе Капо ди Сорренто. Вдали от шумного центра курортного городка, в густой зелени сада находился снятый им дом обедневшего потомка герцогов Серра Каприола. Здесь прошли несколько лет жизни писателя, наполненные интенсивным творческим трудом. Здесь была создана повесть «Дело Артамоновых», 3 тома монументальной эпопеи «Жизнь Клима Самгина», «Заметки из дневника», пьесы, очерки и воспоминания, написано огромное количество публицистических статей.

С просторных балконов виллы «Иль Сорито» открывался необыкновенной красоты вид на Неаполитанский залив с панорамой Везувия и раскинувшимся у его подножья селением и вид на Кастелламаре. Дверь кабинета Горького, расположенного на втором этаже дома, всегда была открыта, поэтому в комнате стоял запах окружающих виллу лимонных и апельсиновых рощ. Рядом с виллой был небольшой уютный пляж Реджина Джованни, но писатель большую часть дня проводил за письменным столом. Распорядок дня был такой: с 9 часов утра до 2-х — работа в кабинете, после обеда — прогулка к морю, с 4-х часов до ужина — опять работа, а после ужина — чтение книг и ответы на письма.

Жизнь на вилле «Иль Сорито» текла шумно и весело. Горький получил домашнее прозвище Дука (герцог). Надежда Пешкова звалась Тимоша, И. Н. Ракицкий — Соловей, Валентина Ходасевич — Купчиха. Хозяйство вела Мария Будберг, именуемая Чобунька. 17 августа 1925 года произошло событие: родилась внучка Марфа. Вторая внучка Горького Дарья тоже появилась на свет в Сорренто 12 октября 1927 года. В доме постоянно было много гостей, которые вместе с горьковской семьёй разыгрывали шуточные сценки и шарады, импровизировали и веселились. В «Иль Сорито» издавался даже домашний журнал «Соррентийская правда», который иллюстрировал Максим Пешков, — с юмористическими рассказами и стихами, забавными карикатурами.

Вилла «Иль Сорито» была родным домом Горького вплоть до окончательного отъезда на родину в 1933 году. Это был судьбоносный период его жизни: решалось будущее его и семьи, начался новый период духовного развития писателя и новый этап становления художественного мастерства. На Капри жил «буревестник революции», которого горячо приветствовали итальянские социалисты. В Сорренто приехал всемирно известный писатель, признанный и услышанный во всех странах. Поэтому его стремились повидать не только близкие люди и друзья. В Сорренто приезжали многочисленные визитёры, чтобы узнать мнение Горького по самым злободневным вопросам. А писателя волновало всё: рост фашизма в Италии и Германии, противостояние Востока и Запада, национально-освободительная борьба в мире, новые явления в литературе и искусстве, и, что было намного важнее, процессы, происходящие в СССР.

Горькому всё чаще задавали вопрос, вернётся ли он на родину. После смерти Ленина и падения Зиновьева Горький всё больше склонялся к мысли о необходимости вернуться. Начиная с 1925 года, в Сорренто часто приезжали официальные советские лица: полпред в Италии К. К. Юреньев, полпред в Англии Л. Б. Красин, посол Советского Союза в Италии П. М. Керженцев, руководитель Наркомата внешней торговли Я. С. Ганецкий, глава правительства Украинской ССР В. Чубарь и др. В начале июля 1927 года Горького посетил полномочный посол СССР в Италии Л. Б. Каменев с женой Т. И. Глебовой-Каменевой.

К этому времени писатель и сам начал думать, что в СССР его ждут широкие народные массы, а власть заинтересована в его возвращении. Ведь он ежедневно получал оттуда по 40−50 писем, в которых его звали домой члены правительства, писатели и учёные, рабкоры и селькоры, домашние хозяйки и дети. К концу 1927 года у него сложилось мнение, что на родине его примут с радостью. В сентябре-октябре 1927 года в СССР отметили 35-летие литературной деятельности писателя, а в связи с подготовкой 60-летнего юбилея Горького (март 1928 г.) по распоряжению правительства образовали комитет, в который вошли Н.И. Бухарин, А.В. Луначарский, И. И. Скворцов-Степанов, Я. С. Ганецкий. М. Н. Покровский, А. Б. Халатов и др.

Горький наотрез отказался от чествования, написав об этом Скворцову-Степанову. Тем не менее юбилей Горького широко отмечался советской общественностью. В «Правде» 30 марта 1928 года было опубликовано поздравление Совета народных комиссаров, в котором говорилось об огромных заслугах «Алексея Максимовича Пешкова перед рабочим классом, пролетарской революцией и перед Союзом Советских Социалистических Республик». 28 мая 1928 года после 6,5 лет отсутствия писатель приехал в Москву. Но с Сорренто он не расставался вплоть до 9 мая 1933 года: каждую осень в 1928-м, 1929-м, 1931-м, 1932-м он возвращался на виллу «Иль Сорито», а в 1930 году вообще не был в СССР. Уезжая из Сорренто навсегда, Горький взял с собой 2 картины: написанный П. Д. Кориным пейзаж «Панорама Сорренто» и морской пейзаж «Пляж Реджина Джованни» работы Н. А. Бенуа.

Незаконченная история одной фотографии

Сегодня день рождения Владимира Ильича Ленина, не только основоположника государства вот уже четверть века как не существующего, но и видного шахматиста. Во всяком случае его афоризм «шахматы – гимнастика ума», даже если он не принадлежит лично Ленину, многие из нас цитировали десятки раз. В связи с памятной датой автор извлёк кое-что из своего архива…

Сто лет назад, в 1906-1913 годах писатель Максим Горький жил в эмиграции на острове Капри (Италия). В апреле 1908-го у него неделю гостил Ленин, который немало времени проводил за шахматной доской.

На давнем шахматном снимке слева направо стоят: Владимир Базаров, Горький (подперев рукой подбородок), Зиновий Пешков и Наталья Богданова; сидят: Иван Ладыжников, Ленин и Александр Богданов.

Некоторые из названных фигур оказались впоследствии оппонентами Ленина, а затем и Сталина. Так, Горький основал газету «Новая жизнь» небольшевистского толка, в которой выступал против вооружённого переворота 1917 года. Посмотрим, что за великолепная семёрка шахматистов представлена на фотографии.

Базаров, человек мягкий и уступчивый, в 1931 году был привлечён к суду по делу о мнимом заговоре меньшевиков. После 18 месяцев тюрьмы приговор изменили, и он был выслан на поселение в Саратов. А в 1935-м ему разрешили вернуться в Москву – ещё одна иллюстрация абсурдности и непоследовательности сталинского «правосудия». На самом деле Базаров был «еретик от марксизма», часто критиковал Ленина и ленинизм. Надо сказать, что его эрудиция и ум далеко превосходили интеллектуальный уровень многих большевиков. К счастью, он не подвергся репрессиям даже в 1937-1938 годах, умер от легочной инфекции в сентябре 1939-го.


Обложка сборника протоколов Процесса контрреволюционной организации меньшевиков (Москва, 1931)

Зиновий Пешков (стоит за спинами Горького и Богдановой) – брат Якова Свердлова, возглавившего созданную после Октябрьской революции исполнительную власть большевиков. Горького чтил как отца настолько, что даже взял его фамилию (настоящее имя Горького – Алексей Максимович Пешков). Позже Зиновий Пешков эмигрировал во Францию, как офицер участвовал в Первой мировой войне, под Верденом потерял руку. Служил во французском иностранном легионе, в тридцатые годы был военным советником в Китае у Чан Кайши. Дружил с генералом де Голлем, после 1945 года работал во французской тайной полиции. Скончался в 1966-м во Франции, в возрасте 82 лет, генералом в отставке.

Шахматную партию с Лениным играет Александр Богданов, его давний политический противник. В 1909 году – спустя год после того, как был сделан этот исторический снимок – он организовал на Капри партийную школу, в которой пропагандировал идею о социализме как о «религии рабочего класса». У Ленина это вызывало серьёзный протест, и по его инициативе Богданов был исключён из большевистской партии. После революции он стал теоретиком Пролеткульта. В 1923 году Богданов находился под арестом, поскольку поддерживал отношения с оппозиционно настроенными рабочими-коммунистами. Он организовал первый в СССР институт переливания крови, а умер в 1928 году, проведя на самом себе неудачный эксперимент.

За ним на снимке стоит его жена, Наталья. Горький вспоминал, что Ленин, проиграв Богданову партию в эндшпиле, был зол и подавлен.

В 1939 году в Москве вышел большой альбом «Ленин», в котором появилась эта же фотография, но Базарова на ней уже не было. Странно, но растворилась в воздухе и возвышающаяся за ним призрачная колонна, похожая на ладью. Пропал и Зиновий Пешков.

Итак, из семи шахматистов на снимке осталось пятеро. Исчезновение людей – и физическое, и в документах — характерная черта советской эпохи первой половины ХХ века. Позднее было издано немало альбомов, в которых соседствуют фото реальные и фото с исчезнувшими фигурами, известными людьми…

Однако в 1960 году, когда снимок, о котором идёт речь, напечатали в Институте марксизма-ленинизма, Пешков снова занял своё законное место.

А вот Базаров, как мы видим, так и не вернулся: 7-2+1=6.

Осталось много загадок, например, совершенно непонятно, откуда и почему в трёх различных вариантах этой шахматной фотографии сначала появилось, потом исчезло, а потом снова появилось (на переднем плане, в правом нижнем углу) женское колено в юбке. Увы, кто эта неизвестная любительница шахмат (или поклонница вождя мирового пролетариата), мы никогда не узнаем. Кстати, слева на первом фото, кроме загадочной дамы, присутствует ещё и какой-то шахматный зритель мужского пола. Сказать о нём нечего, но, подозреваю, судьба его сложилась печально.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock
detector