Памятник демидову во флоренции

Памятник демидову во флоренции

Николай Никитич Демидов

(9 [22] ноября 1773, Чирковицы, Ямбургский уезд, Санкт-Петербургская губерния — 22 апреля [9 мая] 1828, Флоренция) — крупный русский промышленник и меценат из рода Демидовых.

Наследником гигантского состояния Никиты Акинфиевича стал его сын Николай, у которого благотворительность и меценатство были уже, что называется, в крови. Сразу после рождения, следуя укоренившейся в русском дворянстве традиции, Николай Никитич (1773-1828) был записан капралом в лейб-гвардии Преображенский полк. Шестнадцатилетним юношей он служит в армии в качестве флигель-адъютанта при генерал-фельдмаршале Г.А.Потемкине. Позднее его жалуют в камер-юнкеры, а при Павле I назначают членом Камер-коллегии с чином тайного советника, а затем и гофмаршалом.

Увлеченный светской жизнью, Николай Никитич мало интересовался своими заводами, которыми управляли опекуны — А.В.Храповицкий и Н.Д.Дурново. Был момент, когда из-за долгов, непомерных расходов и неумелого руководства заводы были поставлены на грань финансового краха. К тому же, сестры Николая, Мария и Екатерина, были на выданье, и нужны были деньги на приданое.

К.Морелли. Портрет
Николая Никитича Демидова.
1840 г. Холст, масло. Нижнетагильский музей-заповедник

Продажа нескольких вотчин и закладка части заводов в Заемном банке положения не спасают. И в этой ситуации Николай Никитич находит выход. Он женится на Елизавете Александровне Строгановой — дочери барона Александра Николаевича Строганова, владельца Таманского и Кыновского заводов и более полумиллиона десятин земли по р. Чусовой. Женитьба на Е.А.Строгановой позволила Н.Н.Демидову не только присоединить к демидовским капиталам часть строгановских богатств, но и войти в круг высшей столичной знати. Мать Елизаветы Александровны принадлежала к известной дворянской фамилии Загряжских, а ее дядя, граф Александр Сергеевич Строганов, не только владел Билимбаевским горным округом на Урале, но и был крупным государственным деятелем, близким Екатерине II и Павлу I.

А.Тадолини. Портрет Елизаветы Александровны
Демидовой (урожд. Строгановой). XIX в. Мрамор.
Из каталога аукциона “Sotheby’s”.
Пратолино, Флоренция, 1969 г.

Сначала супруги Демидовы живут в Москве и в Петербурге, но вскоре Николай Никитич выходит в отставку и в 1800 году едет в Европу, где знакомится с новейшими технологиями в горнометаллургическом производстве и успешно применяет их на своих заводах. Для использования технических достижений Запада он посылает десятки крепостных учиться за границу.

Стремясь найти более широкий сбыт железа, Николай Демидов завязывает торговые отношения с Англией и для этой цели приобретает в Италии корабль. В Таганроге же он строит собственную флотилию из пяти судов для плавания по Черному и Средиземному морям и неоднократно использует ее для оказания услуг правительству по перевозке казенных грузов между приморскими крепостями.

В Нижнем Тагиле он строит школу, больницу, приют, преобразует горнозаводскую школу в Выйское училище, где готовятся высококвалифицированные кадры для заводов, а в 1806 году создает художественную школу, наиболее одаренные ученики которой направлялись учиться в Москву, Петербург, во Францию и даже в Италию к самому Карлу Брюллову.

Счастливая семейная жизнь супругов продолжалась не более трех лет. Вскоре начались трения, а после рождения сына Павла Елизавета Александровна навсегда поселилась в Париже. В 1808 году там же в Париже поселяется и Николай Никитич, семья на некоторое время воссоединяется, однако обострение франко-русских отношений вынуждают его незадолго до перехода Наполеоном р.Неман вернуться в Россию.

Николай Никитич Демидов (1798-1840).
Из собрания А. Тиссо

Здесь на свои средства он формирует «Демидовский» полк московского ополчения и вместе с ним участвует в Бородинской битве, где бок о бок с ним сражались его четырнадцатилетний сын Павел и другие представители Демидовского рода.

Этим, однако, не исчерпываются патриотические поступки Николая Никитича. В огне московского пожара погибают коллекции, подаренные Демидовыми Московскому университету. Николай Никитич практически восстанавливает эту утрату, подарив университету кабинет естественной истории из 6000 предметов стоимостью в 50 тысяч рублей.

На свои средства Николай Демидов строит четыре чугунных моста в Петербурге (Поцелуев, Красный, Семеновский, мост на Обводном канале у Московской заставы) и боевой фрегат на Черном море. Москве он дарит свой «Слободской дворец» (нынешний адрес его: ул. Радио, д.10) и 100 тысяч рублей для устройства в нем дома трудолюбия, а несколько раньше преподносит в дар правительству каменный дом в Гатчине, чтобы разместить в нем благотворительный приют.

Красный мост в Санкт-Петербурге.
Фотография Г.В.Онищук, 2000 г.
В.Мазуровский. Эпизод из сражения при Бородине.
XIX в. Холст, масло. Музей А.В.Суворова

100 тысяч рублей Николай Никитич внес в Комитет инвалидов, а в 1824 году выделил еще 50 тысяч пострадавшим от наводнения в Петербурге. Общая сумма его пожертвований на благотворительные цели только в России составила по неполным данным свыше 720 тысяч рублей.

В марте 1813 года у Демидовых рождается сын Анатолий. В 1815 году после установления мира в Европе Николай Никитич едет в Париж, а затем из-за пошатнувшегося здоровья переезжает в Италию. Сначала он живет в Риме, затем в Пизе, в Баньи ди Лукка, а с 1824 по 1828 год во Флоренции, куда в связи с кончиной матери (Елизавета Александровна Строганова скончалась в Париже 28 марта 1818 года) переезжает и Анатолий. В предместье Флоренции Николай Никитич покупает у монахов Санта-Кроче владение Сан-Донато и приступает к строительству виллы, которую впоследствии Анатолий Демидов достроит и превратит в великолепный дворец, разместив в нем свою грандиозную художественную коллекцию.

От отца Николай Никитич унаследовал интерес к собирательству. Но у него уже не интерес, а настоящая страсть к коллекционированию произведений искусства. Он покупает картины, мебель, предметы декоративного искусства, бронзу, делает заказы крупнейшим европейским фирмам. Коллекция его растет и скоро она — одна из богатейших в мире.

По его заказам работали Адамо Тадолини, выполнивший мраморные бюсты супругов Демидовых, малахитчик Франческо Сибиллио, мозаист Станислав Морелли — сын знаменитого Николо Морелли, флорентийский ювелир Филиппьери и особенно выдающийся французский бронзовщик Пьер-Филипп Томир, с которым Н.Н.Демидов поддерживал деловые и дружеские отношения более четверти века. Считается, что появление малахита в сочетании с золоченой бронзой в произведениях Томира связано с именем Н.Н.Демидова.

Судя по реестру, составленному самим Николаем Никитичем в 1826 году, его коллекция включала в себя произведения скульптуры, обширное собрание декоративно-прикладного искусства, мебели, изделий из серебра, мрамора, малахита, бронзы и свыше 500 картин европейских художников с эпохи Возрождения до начала XIX века.

Есть сведения, что сыновьями Николая Никитича после его смерти все эти сокровища были привезены в Россию, но, к сожалению, их местонахождение неизвестно. Частью нашего национального достояния стала коллекция из 53 античных скульптур, купленных Н.Н.Демидовым при раскопках Римского форума. Эта коллекция была привезена в Россию Анатолием Николаевичем Демидовым и предложена Императору Николаю I для Эрмитажа.

Живя во Флоренции, Николай Никитич, как и России, не жалел денег на благотворительность. «Самый щедрый в Италии благотворитель» (так назвал Николая Демидова Стендаль), будучи российским посланником при дворе Великого герцога Тосканского, строит там школу (она существует и по сию пору носит имя Демидовых), больницу, дом трудолюбия для престарелых и детей-сирот. Он щедро помогал во Флоренции всем нуждающимся и по смерти своей, как писал М.Бутурлин, «был оплакиваемым нищею братию той части города, где жил». За эти благодеяния благодарная Флоренция воздвигла Николаю Демидову памятник, который и ныне украшает площадь его имени (Piazza Niccola Demidoff) на набережной реки Арно.

Автором многофигурного монумента, выполненного из каррарского мрамора, был «второй после Кановы» скульптор Италии Лоренцо Бартолини. Памятник был заказан братьями Демидовыми в 1830 году вскоре после смерти отца, последовавшей 22 апреля 1828 года. В том же году Павел и Анатолий Демидовы заказали во Франции другой монумент, который предназначался для главной демидовской вотчины — Нижнего Тагила, куда прах покойного был перевезен из Флоренции и захоронен в родовой усыпальнице Демидовых в Выйско-Никольской церкви. Памятник был выполнен в бронзе по проекту французского скульптора Ф.-Ж.Бозио и установлен уже в 1836 году. К сожалению, эта грандиозная девятиметровая композиция, выполненная в аллегорической манере не сохранилась. Она была уничтожена из-за предвзятой «классовой» трактовки центральной аллегорической группы, изображающей Демидова, покровительственно протягивающего руку коленопреклоненной перед ним коронованной женщине. Власти посчитали коленопреклоненную женщину Россией, что и решило судьбу монумента.

Мало кто знает об участии Николая Никитича Демидова в колонизации юга России. В 1822 году он купил в Херсонской губернии 18000 десятин земли и перевел туда крестьян из своих северных вотчин. На этих землях по его указанию были заведены виноградники, сады, разводились редкие породы скота. Для этого из Франции выписывали лучшие сорта виноградных лоз и фруктовых деревьев, а из Англии и Швейцарии — лошадей и мериносов.

Династия Демидовых во Флоренции: «Дела – не слова»

Что может быть общего между сподвижником императора Петра Великого, заводчиком Никитой Демидовичем Антюфеевым, и влиятельными князьями Сан-Донато? И первый и вторые – представители великой династии Демидовых, владельцев горнодобывающих и оружейных предприятий на Урале и в Туле.

Имена представителей рода Демидовых, немало сделавших для прославления России, стоят в ряду самых знаменитых российских меценатов. Мамонтовы, Морозовы, Бахрушины, Демидовы – все они сделали немало для промышленности, культуры и просвещения России.

… Флорентийцы и гости города, прогуливающиеся в квартале Сан-Никколо по Piazza Niccola Demidoff, могут созерцать величественный памятник со следующей надписью: «Дабы жители квартала Сан-Никколо всегда имели перед собой живую память о командоре Николае Демидове, неустанном и великодушном благотворителе, сын его Анатолий подарил этот памятник городу Флоренции в 1870г.»

Демидовы во Флоренции

Работа скульптора Лоренцо Бартолини представляет собой Николая Никитича, одетого в тогу римского сенатора. Он обнимает сына, у ног благотворителя располагаются четыре женские аллегорические фигуры – Природа, Искусство, Милосердие и Сибирь.

В честь этого щедрого благотворителя и человека с удивительной судьбой, крутые повороты которой могли бы стать основой сюжета для захватывающего исторического фильма названа улица в районе Новоли Виа делла Вилла Демидов.

Николай Никитич Демидов в юности едва ли не потерял все свое поистине огромное наследство. Кутежи, развлечение, трата денег направо и налево едва ли не уничтожили копившееся годами состояние правнука того самого первого Демидова. Над Николаем Никитичем была установлена опека, что пошло ему впрок. Одумавшись и остепенившись, владелец «заводов, людей…» начал приумножать семейные богатства, не забывая о родной земле.

Уже живя в Италии и щедро жертвуя на благотворительность, Николай Никитич приобрел владение Сан-Донато, где прочно обосновались он и его потомки. По словам Стендаля, «самый щедрый в Италии благотворитель» покровительствовал больницам, приютам, не забывал про образовательные учреждения, пенсии и стипендии малоимущим. Внимания и восхищения заслуживает его обширная художественная коллекция, которой мог бы гордиться любой музей мира.

Демидовы во Флоренции

Анатолий Демидов

Говоря о «флорентийских» Демидовых, невозможно не упомянуть заслуг Анатолия Николаевича. Покровительствуя художникам, Анатолий Демидов дал возможность появиться на свет великому полотну «Последний день Помпеи». Глядя на знаменитый шедевр Карла Брюллова, поэт Баратынский воскликнул:

И был «Последний день Помпеи»

Для русской кисти первый день!

На самом деле, исследователи расходятся во мнении, кто именно был самым первым заказчиком картины – графиня Разумовская или графиня Самойлова, с которой Карла Павловича связывали теплые и душевные отношения. Демидов выкупает права и становится владельцем картины. В 1833 году «Последний день Помпеи» представили на выставке в Академии изящных искусств Брера в Милане. После этого Демидовым картина была отправлена в Париж, а затем была подарена заказчиком императору, передавшему работу в Академию художеств, а откуда – в Русский музей.

Неуемная и щедрая натура Анатолий Николаевича не давала ему почивать на лаврах – во Флоренции им были учреждены бесплатная школа и детский приют, в школе мальчиков учили различным ремеслам. Демидов оплачивал постоянное пребывание врача в квартале для бедных, а также основал аптеку, где неимущие могли получить самые необходимые лекарства.

«Acta non verba» («Дела – не слова») – так написано на родовом гербе Демидовых.

Если вам посчастливиться быть во Флоренции, не забудьте посетить «демидовские» места и отдать дань уважения этим великим русским меценатам и просветителям.

Демидовы во Флоренции

площадь Демидов

Среди многих иностранцев, проживавших во Флоренции на протяжении ее многовековой истории, Демидовы занимают особое место. Они единственные, кому посвящена площадь – та, что на набережной реки Арно в квартале Сан- Никколо, и улицаВиа делла Вилла Демидов в районе Новоли, где находилась их загородная резиденция. Они удостоились такой чести не за свою профессиональную деятельность и не за творческие успехи, как это обычно бывает: так, например, возникли во флорентийском парке Кашине аллеи Достоевского, Шелли и Стендаля. Фамилия Демидовых не только звучит в топонимике города, она даже увековечена в величественном памятнике Николаю Никитичу Демидову — единственному среди аристократов, проживавших во Флоренции. Этот великолепный монумент находится как раз на площади, носящей имя Демидова. За что же такая большая честь?

Памятник Николаю Демидову

Для начала прочтем надпись на пьедестале памятника: « Дабы жители квартала Сан-Никколо всегда имели перед собой живую память о командоре Николае Демидове, неустанном и великодушном благотворителе, сын его Анатолий подарил этот памятник городу Флоренции в 1870г.»

Благотворительность Денмидов

Памятник был заказан скульптору Лоренцо Бартолини Анатолием Демидовым для парка семейной резиденции, а в 1870 году был подарен заказчиком муниципалитету Флоренции. Тогда городские власти и приняли решение установить его на площади, носящей имя Демидова, где до сих пор можно им полюбоваться. Место выбрали неслучайно: именно на этой площади во дворце графов Серристори Николай прожил несколько лет, проявив себя щедрым благотворителем и стараясь облегчить участь бедного населения квартала Сан- Никколо.

Демидовы — шедрые благотворители

Карл Брюллов -портрет Анатолия Демидова

Он основал детский приют и бесплатную школу для мальчиков, в которой обучали, помимо прочего, рисованию, шелковому производству, ткацкому, сапожному и типографскому мастерству. Он позаботился и о содержании врача, который должен был проживать в этом же районе и которого можно было вызвать любое время. В обязанности врача входило посещение на дому больных среди неимущего населения, их надлежало не только лечить, но и, при необходимости, оперировать. Врач должен был также регулярно осматривать детей школы. Анатолий Николаевич продолжил благотворительное дело своего отца и вдобавок к финансированию школы и содержанию врача основал аптеку, где бедным бесплатно выдавали медицинские препараты.

Школа им. Демидовых

Если вам доведется прогуливаться по улице виа дель Джардино Серристори в районе Сан-Никколо, у дома номер 5 вы увидите вход в Дом престарелых, названный в чести Демидова (Residenza Sanitaria Assistenziale Demidoff). Этот Дом занимает здание, приобретённое Николаем Никитичем для своей школы. Еще в прошлом веке здесь долго работала муниципальная начальная школа. В этом здании также расположены еще несколько учреждений: женская образовательная гимназия, клубы как для молодежи, так и для людей преклонного возраста.

Девиз Демидових — Acta non Verba

герб Демидовых

На виа Сан-Никколо над входом дома номер 30, откуда раньше входили в школу для бедных детей, бросается в глаза чугунный герб Демидовых с их девизом «Acta non verba» — «Делами, а не слова».

Воистину площадь и памятник являются свидетельством того, что Демидовы были верны этому девизу, своими делами оставив видимый и долговечный след своего присутствия во Флоренции.

Помнить демидовский опыт

Многие слышали, но не многие знают, что память уральских промышленников Демидовых увековечена в Италии. Если на картах Google ввести запрос Piazza Nicola Demidoff, Firenze, Italia, то на всплывающих фотопанорамах можно увидеть интересный памятник промышленнику, меценату и дипломату Николаю Никитичу Демидову, связанному с Уралом. Там же, в столице Тосканы, на фасаде собора Санта-Мария-дель-Фиоре помещен герб Демидовых в благодарность за помощь Павла Павловича Демидова, князя Сан-Донато, в завершении работ над фасадом собора, строительство которого было начато еще в 1296 году, а история связана с Брунеллески, Джотто и другими известными именами.

Интересное историческое путешествие можно совершить, если спросить у поисковых систем, как род Демидовых связан с Наполеоном Бонапартом и что именно они сделали в Риме. И вдвойне увлекательно будет выяснить, как вилла Сан-Донато во Флоренции связана со станцией и поселком на территории Нижнего Тагила.

История Демидовых «от тульского кузнеца до итальянских аристократов» длилась долго, но она всегда проходила под семейным девизом Демидовых «Acta, non verba» («Не словом, а делом»). Демидовы делали ставку на собственное мастерство, укрепляли на заводах дисциплину, заботились о развитии рабочих и не забывали о науке и искусстве. Малая толика предпринимателей XVIII века могла похвастаться тем, что вкладывала средства в создание собственной библиотеки. Демидовы делали это и охотно делились знаниями. Во Флоренции они построили школы, больницы и много чего еще, за что и были удостоены почестей от местных властей. Конечно, такую же активную деятельность они вели и на территории ставшего им родным Урала.

По легенде, Никита Антуфьев, основатель династии Демидовых, оказался единственным мастером в Туле, который согласился починить пистолет Петра I по заказу его фаворита Петра Шафирова. Пистолет был изготовлен на заводе семьи Кухенрейтеров в Баварии – никакой документации и справочных систем к нему не прилагалось. Как гласит легенда, Никита Антуфьев не только справился с ремонтом, но сделал работающую копию пистолета, обнаружив в заморском экземпляре некоторые недоработки и неисправности. Так об оружейнике услышал Петр I. Это знакомство переросло в масштабное развитие металлургического и оружейного производства во всей стране.

Тот самый пистолет Кухенрейтеров

Главное в этой истории или легенде не историческая точность, не факты о том, кто принес пистолет, была ли сделана копия и работала ли она. Главное в ней то, как Демидовы учились, совершенствовали свое мастерство и создавали на его основе огромную экосистему, о которой можно услышать и в Нижнем Тагиле, и в Санкт-Петербурге, и во Флоренции. В этом и состоял принцип «Не словом, а делом». Начав с ремонта пистолета, Никита Антуфьев напрямую получал указания Петра I и строил заводы.

Суть «подхода Демидовых» в том, что, несмотря на обстоятельства и сложность ситуации, наличие навыков или готовность их развивать помогают преодолеть любую ситуацию самостоятельно. Смелость и мастерство всегда дают свои плоды.

Сегодня крупные компании, такие как Уральская горно-металлургическая компания (УГМК), по сути, продолжают демидовский подход, правда, используя совершенно другие технические и информационные возможности. Корпоративная система прежде всего должна обеспечивать рост зрелости поддерживаемых ею процессов и управления ими. Такая система станет полезным инструментом и подспорьем в любом бизнесе, но этой системой должны заниматься люди, которые способны ее починить, как когда-то Никита Антуфьев смело взялся за ремонт заморского пистолета.

В вопросах выбора направлений программы развития своих информационных систем УГМК давно использует «подход Демидовых», создавая собственные решения практически без привлечения сторонних консультантов. Мы применяем решения SAP и 1С, но детально дорабатываем их для нужд нашего бизнеса, соблюдая рекомендации производителей этих систем. Команда УГМК может смело говорить о том, что сумела разобрать, починить и настроить для себя современный «пистолет Кухенрейтера», которым для нас стало программное обеспечение крупных зарубежных производителей. Исключение только в том, что копию пистолета, как Никита Антуфьев, мы делать не стали, это запрещает современное законодательство в сфере интеллектуальной собственности и бизнес-этика, но вот в деталях работы зарубежных достижений мы разобрались очень хорошо.

«Опыт Демидовых» в работе с корпоративными информационными системами дает возможность продолжать проекты в любой экономической ситуации. Кроме того, никто не знает, какими будут ограничения или особенности работы завтра. Что делать, если получить помощь сторонних специалистов будет сложно, а проблема будет срочной? Именно тогда принцип «Не словом, а делом» придет на помощь.

Многие проекты внедрения корпоративных систем терпят неудачи. Немало случаев, когда в развитом корпоративном мире неудачи проектов внедрения приводили к потерям в десятки миллионов долларов и даже к потере крупного бизнеса. Ряд таких историй приведен в одной из статей журнала CIO. Эти примеры могут многому научить современные организации, принимающие решения о том, как подойти к организации такого проекта.

В УГМК мы подошли к вопросу снятия рисков для бизнеса в ходе выполнения таких проектов путем минимизации вовлеченного в проект персонала и создания собственных практик работы с информационными системами. Суть не в том, чтобы проект стал «дешевым». Замысел в том, чтобы полученные результаты соответствовали потраченным ресурсам и сформированными ожиданиям. Тогда проект будет действительно успешным. Разве не эта идея лежит в основе инвестирования в любой бизнес? Получить то, что ожидается при согласованном объеме ресурсов, – это и есть суть бизнеса.

Читайте также  Погода в греции в начале ноября

Мы понимаем, что этот подход не так уж распространен и на рынке поддерживается идея массового привлечения консультантов для быстрого выполнения проектов. Всегда проще «попросить профессионала». Но так ли уж краткосрочны проекты при таком подходе? Так ли оправданны их риски? Что произойдет, если компания не сможет в конкретный «острый» момент проекта оплатить все неожиданные расходы на новые доработки и исследования? Что делать, если любые ограничения сделают стороннего эксперта недоступным? Вот тогда очень ярко будет видно преимущество «опыта Демидовых». Не ожидая посторонней помощи и управляя ожиданиями в проекте, можно добиться того, что проект будет успешным, а разработанное решение эффективным для собственного бизнеса. Для «починки пистолета» необязательно ждать, когда приедет «мастер из Баварии».

Джек Ма, основатель Alibaba, в одном из своих интервью говорит о том, что любые эксперты являются «экспертами вчерашнего дня», поскольку «не существует экспертов в будущем». Разве не является информационная система крупной компании тем самым будущим этой компании? Такое будущее очень важно создавать самостоятельно и независимо.

Наш опыт активного внедрения информационных систем говорит о том, что внедрять их организациям нужно научиться, а затем – стараться это делать хорошо. Это отдельный вид деятельности. Только в этот момент можно начать получать действительно хорошие результаты для бизнеса. «Опыт Демидовых» здесь работает великолепно.

Мы считаем, что создать действительно хорошую информационную систему «на заказ» только силами подрядчиков сравнимо с тем, как доверить опытному спортсмену выполнять зарядку вместо вас самих. Посторонняя помощь нужна на технических участках работы, а вот «создавать будущее» необходимо самостоятельно. Хотя, конечно, олимпийский чемпион сделает зарядку лучше вас, но он сделает ее в конечном счете… для самого себя.

Сегодня УГМК находится в фазе активной трансформации бизнеса. Такой этап развития компании нужен любой крупной организации, чтобы продолжить успешное развитие. На этапе трансформации многие подходы к работе придется создать заново, а требования к качеству информации неизбежно возрастут. В такой момент подход УГМК оправдывает себя: интеграция различных информационных систем позволяет быстро перейти к созданию общих корпоративных решений, распространять типовые сценарии взаимодействия и объединять значительное число пользователей.

Что получится у компании из намеченных масштабных изменений информационных систем, станет ясно в ближайшие два-три года, а пока, как всегда, мы развиваем собственные компетенции, готовясь к задачам нового дня. В этом новом дне мы надеемся, что продолжаем традиции Демидовых уже в области информационных технологий, и стараемся следовать принципу «Не словом, а делом».

Автор – заместитель технического директора по информационным технологиям ОАО «УГМК».

Демидов, Николай Никитич

Николай Никитич Демидов (9  [20] ноября 1773, Санкт-Петербургская губерния — 22 апреля [4 мая] 1828, Флоренция) — крупный русский промышленник и меценат из рода Демидовых. Владелец частной картинной галереи и подмосковной усадьбы Алмазово. Действительный камергер (с 1796); тайный советник (с 1800).

С 1815 года — российский посланник в великом герцогстве Тосканском. Во Флоренции, за основанные им детский приют и школу, ему был поставлен памятник (1871) на площади, названной Piazza Demidoff.

Содержание

Ранние годы и служба

Единственный сын Никиты Акинфиевича Демидова родился 9  ( 20 ) ноября 1773 года в д. Чирковицы (Ямбургский уезд, Санкт-Петербургская губерния), где в его честь позднее была установлена памятная колонна. В год рождения был записан в лейб-гвардии Преображенский полк капралом.

Четырнадцати лет от роду унаследовал от отца богатейшие железные и медеплавильные заводы: Нижнетагильский, Нижнесалдинский, Верхнесалдинский, Черноисточинский, Висимо-Уткинский, Висимо-Шайтанский, Лайский и Выйский, а также при заводах и вотчинах 11 550 душ крестьян.

В молодости он не умел должным образом пользоваться своими богатствами, вёл роскошную, расточительную жизнь и из-за этого был взят под опеку, которая оказала на него весьма благотворное влияние и потому была снята к 1797 году.

В 1775 году был произведён в чин подпрапорщика, в 1782 — назначен сержантом, в 1787 году переведён в лейб-гвардии Семёновский полк, в 1789 году именным указом назначен флигель-адъютантом в штаб генерал-фельдмаршала князя Потемкина-Таврического. Во время второй русско-турецкой войны в звании адъютанта князя Потемкина находился в Яссах, где подписывался мирный договор с Турцией. На личные средства построил фрегат [1] . Внес сильный вклад в создание Черноморской эскадры.

В 1791 году стал генерал-аудитор-лейтенантом и находился в действующей армии в Бессарабии; в следующем году он переведён с производством в чин подполковника в Московский гренадерский полк, в 1794 — пожалован в камер-юнкеры, через два года — в действительные камергеры, в 1799 году был назначен командором ордена св. Иоанна Иерусалимского.

В 1800 году он был определен в Камер-коллегию для ознакомления с делом и затем в том же году, пожалованный в чин тайного советника, назначен членом Камер-коллегии.

Управление заводами и имениями

Из-за непомерных трат при Николае Демидове бюджеты заводов испытывали нехватку средств. В 1794—1795 годах дефицит составил 612 тысяч рублей серебром. Общая задолженность составляла более 2 миллионов рублей. Тагильские заводы даже были заложены в Заемном банке.

В 1795 году Демидов женился на богатой наследнице баронессе Елизавете Александровне Строгановой, благодаря чему смог исправить своё материальное положение. Трагедия 1800 года, когда семья потеряла двоих своих детей, заметно изменила мировоззрение заводчика. Выйдя в отставку, Демидов отправился с женой в заграничное путешествие, посетил Германию, Англию, Францию и Италию и нигде не упускал случая знакомиться с успехами горнозаводской техники.

Возвратившись в Россию в 1806 году, Демидов, желая завести на своих заводах все новейшие усовершенствования по части техники, выписал из Франции профессора Ферри, знаменитого тогда знатока горнозаводского дела, и положил ему 15000 рублей жалованья в год, сумму для того времени весьма значительную. Желая подготовить опытных мастеров для своих заводов, Демидов отправил за свой счёт за границу в Англию, Швецию и Австрию для изучения специальных отраслей горнозаводского дела более ста человек крепостных. Нижнетагильский завод Демидова, на котором, в числе других усовершенствований заведены были и штанговые машины, считался в то время наиболее передовым по всему хребту Уральских гор.

В начале XIX века Демидовыми были приобретены вотчины в Подмосковье. Причем барщина была заменена оброком [1] . В европейских владениях Демидов осваивал новые сельскохозяйственные культуры, а также коневодство и овцеводство. В Херсонской губернии были открыты опытные станции «Заводовка» и «Демидовка», где выращивался виноград, оливки, разводился скот. Там же была построена суконная фабрика.

Желая найти более широкий сбыт для выделываемого на своих заводах железа, Демидов завязал торговые сношения с Англией и для этого приобрёл в Италии прекрасный корабль, а потом в Таганроге построил пять морских судов для плавания по Средиземному и Чёрному морям. Эта «демидовская флотилия» не раз по просьбе правительства перевозила казённые грузы между приморскими крепостями.

Несмотря на бурно проведенную молодость, Николай Никитич во вторую половину своей жизни сделался бережливым, предприимчивым и внимательным к нуждам своих крепостных. В своих вотчинах он упорядочил рекрутскую повинность среди крестьян, а при Нижнетагильском заводе основал училище, в котором, кроме общеобразовательных предметов, преподавались также «общие начала механики и практического горнозаводского искусства». Училище это давало лучших мастеров для заводов Демидова и других уральских предприятий.

Благотворительность

Часть своих колоссальных доходов Демидов направлял на общественные нужды. В 1807 году он пожертвовал большое каменное здание в Гатчине для сельского воспитательного дома.

В 1812 году, 12 июля, после молебна в московском Успенском соборе, в присутствии государя Николай Никитич торжественно обязался собрать на свои средства полк, который и содержал до конца войны с французами. Шефом Демидовского полка был сам Николай Никитич.

В конце 1813 г. Демидов подарил Московскому университету весьма ценную коллекцию редкостей, состоявшую более чем из 3000 экземпляров редких минералов, раковин, чучел животных и пр., и этим пожертвованием положил основание новому музею по естественной истории. За это пожертвование Демидов избран в почётные члены Московского университета, а имя его как жертвователя занесено на одну из досок в актовом зале университета.

В 1819 году Демидов внес в Высочайше учрежденный комитет оказания помощи инвалидам 100000 рублей. В 1824 году он же пожертвовал 50000 рублей в распоряжение Высочайше учрежденного комитета для оказания помощи наиболее пострадавшим от наводнения жителям Петербурга.

Демидов щедро жертвовал на строительство общественных зданий и памятников. Так, он принимал финансовое участие в сооружении триумфальных ворот в Петербурге, в постройке госпиталя в Лаишеве Казанской губернии, Пермской больницы попечительного о тюрьмах комитета, в сооружении памятников герцогу Ришелье в Одессе и Павлу Демидову в Ярославле.

В 1825 году он пожертвовал свой дом в Москве, на углу Вознесенской улицы и Елизаветинского переулка, для дома трудолюбия и дал сто тысяч рублей на его перестройку; за это крупное пожертвование Демидов был награждён орденом св. Владимира 2-й степени и табакеркой с портретом императрицы Александры Феодоровны.

В последние девять лет жизни Демидов ежегодно 6 декабря, в день своих именин, раздавал на своих заводах по 25000 рублей.

Демидов в Новороссии

Демидов принимал участие в колонизации Новороссии. В 1822 году он купил в Херсонской губернии, в Тираспольском и Херсонском уездах, 18000 десятин земли с незначительным населением и перевёл сюда крестьян из своих северных вотчин. В новоприобретённых имениях Демидов заводил виноградники, сады, разводил редкие породы рогатого и мелкого скота, причём не жалел денег, чтобы достигнуть в этом отношении желаемых результатов. Он выписывал лучшие сорта виноградных лоз и фруктовых деревьев из Франции и Италии, лошадей из Англии, мериносов из Швейцарии, выписывал холмогорский скот, оренбургских коз и горных кавказских лошадей, кроме того, производил опыты культивирования хлопка и шалфея.

Горячность и торопливость, с которыми действовал Демидов, оказались лишь плодом временного увлечения скучающего заводчика. Довольно скоро он разочаровался в пригодности земель Херсонской губернии для нежных культур растений и для разведения улучшенных пород скота.

Демидов во Флоренции

Назначенный в 1815 году во Флоренцию (в Великом герцогстве Тосканском, где располагалось представительство Российской империи) русским посланником, Демидов устроил здесь на свои средства художественный музей и картинную галерею, в которых собрал произведения знаменитых художников, весьма ценные изваяния из мрамора и бронзы и массу разных других редкостей. Коллекция эта после смерти Демидова досталась по наследству сыну его Анатолию и перевезена была им в Петербург.

Во Флоренции Николай Никитич устроил на свои средства дом для призрения (приют) престарелых и сирот и пожертвовал на содержание его особый капитал. Так же он основал и содержал до конца жизни аптеку, бесплатную начальную школу для 160 мальчиков из бедных семей.

Признательные граждане Флоренции в честь жертвователя назвали одну из площадей, вблизи Демидовского дома призрения, Демидовскою и поставили на этой площади статую Николая Никитича из белого мрамора, представляющую его в римской тоге, обнимающим больного ребёнка. У ног его расположены четыре скорбные статуи.

В 1871 году на средства его детей Анатолия и Павла на площади Мулина ди Сан-Джорджио, впоследствии переименованной в площадь Демидова (Piazza Demidoff), установили памятник меценату работы Лоренцо Бартолини. Скульптор изобразил Демидова в виде римского сенатора, обнимающего своего сына, в ногах которого сидит женская фигура с лавровым венком — символ признательности флорентийцев. По углам постамента располагаются четыре аллегорические скульптуры — «Природа», «Милосердие», «Искусство» и «Сибирь». [2]

Надпись на памятнике: «Perchè il popolo di San Niccolò avesse ognora dinanzi memoria viva del commendatore Niccola Demidoff indefesso benefattore munifico il figlio principe Anatolio al Comune di Firenze questo monumento dono MDCCCLXX»

Перевод: «Для того, чтобы жители Сан Никколо всегда имели перед собой живую память о командоре Николае Демидове, неутомимом и щедром благотворителе, (его) сын князь Анатолий городу Флоренции этот памятник даровал (в) 1870 (году)»

Проживая в последние годы во Флоренции, Демидов хотя и жил весьма роскошно и, не жалея средств, покровительствовал ученым и художникам, умел, однако, искусно управлять своими делами в Сибири, Америке, Франции и других странах и благодаря такому энергичному и умелому хозяйничанью, оставил в наследство своим двум сыновьям имущества почти вдвое более сравнительно с тем, что сам получил от отца.

Семья

Был женат на баронессе Елизавете Александровне Строгановой (05.02.1778—27.03.1818). Супруги не сходились характерами и во вкусах. Красивая, весёлая и легкомысленная жена тяготилась скучным и тяжелым в семейной жизни нравом мужа. Демидовы часто разъезжались, а после 1812 года и рождения второго сына между ними произошел окончательный разрыв. Дети:

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock
detector